Красный уголок капитализма

Что такое банан на Урале, мы узнали 12 февраля 1992 года в 14 часов 15 минут. Да что я тебе рассказываю. Читай об этом в разделе «Первый закон социализма».

А все равно было весело. Чего-то строили, кому-то помогали, кому-то грозили. Детишки даже рождались. И тоже вносили свою лепту. Полистайте «Семейный альбом».

А когда Гайдар (полит. деят.) реформы объявил, потребовались предприимчивые люди. Вот тут-то комсомольцы и пригодились. Как ринулись в бизнес организованно, так коммунизму наступил капут. Так что комсомольцы – могильщики коммунизма.

Потом к ним спортсмены подключились, потом – афганцы. А уж когда из тюрем ребята-цеховики вышли, тут и расцвел бутон изобилия.

Так что помни, Коля, какие люди тебе мостили дорогу в светлое будущее. И я был среди них. Я и сейчас неплохо живу. У меня даже машина есть. А у тебя – самолет? А-а, ну тогда конечно.

А я так скажу, Коля, хоть у меня и нет самолета, но я летаю. Как хорошо взлететь над белым, чистым листом бумаги. Кайф! Покружиться над ним, покуражиться, а потом сесть где-нибудь в уголке в виде подписи:

Р.

 S. Пока, Коля.

Живи и наслаждайся.

До чего же мы разные

Как плохо быть высоким и широким. Как плохо быть большим и длинным. Как плохо, когда на костюм тебе надо не два с половиной метра габардина, а три с половиной, а на завтрак тебе надо не три с половиной яйца, а восемнадцать и с колбасой. И на все на это – тог же оклад инженера. Точь-в-точь, как у Поросяткина, который в два раза меньше и в три раза легче меня.

Он восемнадцать граммов сбросил – все заметили и поздравили его со стройностью и красотой. А я свой личный пуд сбросил – никто не заметил, но все поздравили и сказали: молодец, поправился.

Поросяткин измеряется своим ростом, а я измеряюсь высотой над уровнем моря и шириной по уровню стола. Поросяткин в автобусе – желанный пассажир, товарищ, гражданин, молодой человек, а меня зовут «скала на полтора кубометра».

И не говорите мне, что девушки проще влюбляются в больших и высоких и сложнее – в маленьких и худых.

Нет, они любят всяких, главное, чтоб с мужским именем, например Женя, Шура или Валя. А маленьких они любят даже больше. Ведь зарплата того же Поросяткина в переводе на один килограмм его живого веса в три раза выше, чем у меня. Так кого же девушки вперед полюбят, его с бутылкой коньяка и с баночкой икры или меня с рюмкой пива и шестью мисками супа? Его – вперед, меня – позже.