Оскал фортуны

Усевшись на раскладной стульчик, Гатомо стала разглядывать незнакомца.

Худой, неопределенного возраста, лысый. Алекс не производил приятного впечатления, вот разве что голубые глаза, так редко встречавшиеся у жителей-тонган, казались красивыми.

– Моя госпожа Гатомо-ли, – проговорил он. – Спасибо тебе за то, что приняла меня в своем доме и не дала погибнуть.

– Что с ним, Симара? – спросила госпожа.

– Горячка, – поклонившись, ответила служанка. – Он сильно отощал. Наверное, долго пробыл в горах.

– Ты помнишь, откуда ты? – спросила Гатомо.

– Нет, моя госпожа, – вздохнув, ответил Алекс. – Я не помню ничего кроме имени.

– Он поправится?

– Конечно, Гатомо-ли. Я напоила его жаропонижающим отваром, вечером прикажу Кикуре приготовить ванну с травами…

– Постой, – сморщилась госпожа. – Не части. У тебя еще остался настой золотого корня?

– Да, Гатомо-ли.

– Дай ему, путь быстрее поправляется.

– Но он нужен тебе, госпожа…

– Мне уже ничего не нужно, – резко оборвала ее Гатомо.

 – И не заставляй меня повторять дважды!

– Слушаюсь, моя госпожа. – Симара низко поклонилась.

– Все, я устала, пойдемте отсюда. Душно тут.

Оплывшую женщину с болезненно-бледным лицом подхватили под руки две служанки и с трудом подняли на ноги. Александра проводила взглядом выходивших из домика женщин. Даже ей стало понятно, что дни местной хозяйки сочтены. Ее глаза напомнили Алекс взгляд Витьки – торчка, наркомана с их улицы. Такие же пустые, бессмысленные и одновременно лихорадочно-блестящие.

Этот визит оставил тягостное впечатление. В остальном все пока шло неплохо. С помощью одного из слуг она (в данном случае скорее – он) впервые самостоятельно посетила местный туалет типа «сортир», приятно поразивший чистотой и тщательностью отделки.

На ужин ей принесли чашку риса с овощами, политыми соусом, кусок пшеничной лепешки и кувшинчик козьего молока. Потом пришла служанка Кикура, пожилая серьезная женщина в переднике, надетом поверх платья.

– Пойдем, Алекс, Симара велела тебе ванну с травой сделать.

Александра с трудом поднялась, держась за стену.

– Эй, Чикут! – крикнула Кикура одному из слуг. – Помоги проводить Алекса до бани.

Невысокий толстячок с постно-ехидной физиономией обиженно проворчал:

– Почему я?

– Потому что все еще заняты, а ты уже кверху брюхом лежишь! Или мне Симаре сказать?

Очевидно, служанка госпожи обладала здесь непререкаемым авторитетом.