Рано утром в чужой постели

Коротко блеснув глазами Лена отворачивается.

– Ну, что ты…, – бормочет он и притягивает ее к себе.

Она отталкивается, вынимает из нагрудного кармана платок и вытирает слезы.

– Я плакала от смеха. Вспомнила еще один анекдот. Хочешь …

– Перестань, Лена! – обрывает он.

Она шмыгает носом.

Генка снова обнимает ее в тот момент, когда она пытается уйти.

– Ты забыла дать мне свой адрес.

Откинувшись, она снисходительно усмехается.

– Да-а! Не может быть… А зачем?.

– Ну, я может быть приеду к тебе.

– Может быть… А зачем?

Геннадий не находится с ответом.

– Если ты о чем-то переживаешь, то напрасно, ничего не случится, я уже…в положении.

Геннадий мычит в растерянности, потом глупо спрашивает.

– Как?

– Как обычно.

Он невольно взглядывает на ее живот.

– Что-то не видно…

– Так только три дня прошло…, – глаза ее насмешливо колючие.

Геннадию кажется, что глупее он никогда себя не чувствовал.

– Вот это анекдот и есть…, коротко смеется Лена.

Она поворачивается, но Геннадий ловит ее за руку.

– Ты забыла дать мне свой адрес, – повторяет он

Лена вглядывается в его лицо, затем молча вынимает из нагрудного кармана авторучку и блокнотик. Пишет уверенно и быстро. Вырывает листок и протягивает ему. Словно квитанцию на оплату штрафа.

– А теперь иди в служебку. Через час приезжаем, – распоряжается она и уходит.

Геннадий невольно взглядывает в дверное окно.

Поезд мчится на полной скорости, но иллюзии свободного полета уже не создается. Стальная колея цепко держит состав в строго заданном направлении. Появляются первые строения пригорода

– Приплыли! – бормочет Геннадий.

Выйдя из питерской электрички Геннадий не сразу узнает свою местность. Все кажется чужим. Вокзал, который перед отъездом выглядел образцовым сейчас словно, век не ремонтировался и почему-то меньше размером. Пришлепнутая штукатурка уже местами вспучилась и полиняла, платформа словно съежилась и почернела…Еще неделя-другая и все здесь будет выглядеть страшнее, чем до реконструкции.

Ремонт изначально следовало произвести бульдозером. Памятник прошлого века… Зачем мы держимся за прошлое, оно нас никогда и ничему не учит…Нужна ли нам память вообще? Разве на том уровне, чтобы вспомнить имя женщины, что лежит рядом, и то, зачем? Лежит себе и лежит. Если рядом, значит твоя.