Параллели сплетутся

Виктор Петрович порой вырывал меня из моего состояния, чтобы задать какой-то вопрос, ответа на который не ждал. Но в остальном, ожидание меня не напрягало. И вот нужный нам чиновник снизошёл до нас. В кабинете, помимо него, было ещё два человека, полагаю, эксперты.

– Присаживайтесь. – Небрежным жестом руки указал нам на места за столом, не отрываясь от чтения лежащих перед ним документов.

Выждав небольшую паузу, хозяин кабинета показательно захлопнул папку с документами, посмотрел на нас и фальшиво улыбнулся.

– Надеюсь, я не заставил вас долго ждать?

Мы промолчали. Тогда Евгений Александрович, видимо, приняв наше молчание за делегирование ему полномочий вести переговоры, начал в общих фразах расписывать сложности передачи власти в регионах России в виду назревших перемен в политико-экономическом устройстве страны. Полагаю, все эти фразы вычитаны из небольшой методички, которые выдают различные новомодные политологи. Вот беда, всё это уже озвучено-переозвучено в разных политических ток-шоу, которые порой посматриваю в фоновом режиме в конце рабочего дня, когда свои дела уже переделал, а отчёты подразделений за день ещё не поступили.

Начал рассматривать говорящего. Не знаю, сколько платят в Администрации Президента, но костюм и галстук на хозяине кабинета стоили несколько месячных зарплат. Хороший ровный загар свидетельствовал о том, что майские праздники он провёл не в подмосковном пансионате. Возраст его остался для меня загадкой. Кожа лица, без сомнений, была знакома с различными омолаживающими процедурами. Вредными привычками, если они у него были, Евгений Александрович не злоупотреблял.

Внезапно он замолчал. Видимо, я что-то прослушал.

Слово взял Бойко. Он с ходу начал озвучивать претензии к обобщенной власти. Лейтмотивом всей его речи служила одна простая мысль: вам из Москвы не видно, что у нас в Сибири творится, вот и не надо к нам соваться. Возможно, Виктор Петрович слегка перегорел в ожидании встречи, поэтому сейчас в его речи было излишне много негатива.

Неправильно он себя повёл, ой, неправильно. Бойко выговорился. Чтобы перейти к какой-нибудь конструктивной части переговоров, ему потребовалась микропередышка. Воспользовавшись этой паузой Евгений Александрович, встал, давая понять, что аудиенция окончена.

– Думаю, мы услышали друг друга. – Холодным тоном произнёс фразу, которую, похоже, произносил нередко. – Прошу меня извинить, у меня важная встреча.

Бойко сник.