Чистильщик

– Будет сделано, командир – Петрович вмиг изменился и вытянулся по стойке смирно.

– А сейчас предполетный завтрак – Смирнов вытащил два яблока из кармана и кинул их Лене и Никите. Затем он поднялся по лестнице и скрылся в кабине СКП.

Ребята дружно захрустели яблоками, снова усевшись на скамейку. Рядом уже вовсю гуляли налоговики. Слышалась пьяная речь и хвалебные тосты. Именинник, толстый, маленького роста начальник налоговой инспекции, то и дело подскакивал и любезно кланялся очередному оратору.

Петрович глянул на пьяную компанию, очередной раз зло сплюнул и пошел к самолету.

Через час, когда Лена и Никита уже дремали под теплым солнышком, из СКП выскочил Смирнов и громко крикнул:

– Начинаем работу, всем по рабочим местам.

Ленка и Никита подскочили и понеслись к самолету, возле которого уже толпились гости.

– Граждане, отойти всем на безопасное расстояние, а то можно под винтом этого чудесного аэроплана и расстаться с жизнью – Петрович отгонял любопытных от самолета.

Смирнов о чем-то быстро поговорил с начальником налоговой, и затем подошёл к ребятам.

– Первым полетит вот эта девушка, – он показал рукой на высокую девицу лет тридцати с большой открытой грудью. Она была на высоких каблуках и на две головы выше начальника налоговой инспекции.

– Девица эта – любовница шефа. Поэтому с ней полюбезней. Она, конечно, дура конченая. И все мозги у нее между ног и в сиськах. Но если обидится – нам не поздоровиться. Шеф за нее всех порвет – добавил Смирнов тихо Петровичу.

Затем он громко крикнул: – Элеонора Геннадиевна, прошу вас к самолету. Все уже готово. Девица поцеловала шефа в лысину и, качая бедрами, направилась к самолету. Никита открыл приготовленную сумочку для мелочи и негромко сказал:

– Сюда пожалуйста выложите все мелкие предметы. Кольца, серьги, ожерелье тоже надо снять.

– Это с какого такого хрена? – басом спросила девица, уничтожающим взглядом посмотрев на Никиту.

– Элеонора Геннадиевна, такой порядок.

Если что-нибудь выпадет и попадет под рули, мы с вами можем остаться в одной могиле – услужливо сказал Смирнов.

Девица тревожно подняла брови и, через секунду спросила, подозрительно глядя на Лешку:

– А этот прыщ не сопрет золото?

– Этот прыщ – наш человек – Смирнов подмигнул Никите и забрался в переднюю кабину. Девица выложила серьги и ожерелье в сумочку, и полезла на крыло самолета.

– Обувь тоже надо снять. Положено – строго сказал Никита.