Свободное падение, или Cон, приснившийся в ночь с четверга на пятницу

– Извините, Николай Павлович, я вам вопрос неприятный

задам. Можно?

– Я догадываюсь – какой, – улыбнулся Зацепин, – как я

докатился до такой жизни?

– Вы знаете, в моём представлении бомж – это слабый, опустившийся, человек, полуживотное. Этакий хомо сапиенс, который требует содержания в резервациях со специальным

режимом. Ведь в жизни можно как-то приспособиться в любой

обстановке. Найти какую-то работу, жилье. В общем, как-то

приспособиться. А жить вот так, в коллекторе? – Игорь пожал

плечами.

– Да-а-а. Жизнь – коварная штука. – Зацепин помрачнел, встал и подошёл к полочке. Достал какой-то пакетик, и через

некоторое время в его руке оказалась самокрутка. – Не хотите

моего табачку, сам выращиваю в лесу, на своей делянке. Я ведь

летом в лесу живу, к людям редко выхожу. Там у меня всё, – хлеб, и табак.

– С удовольствием.

Через минуту они задымили.

– Послушайте, какой приятный табак! Вам можно табачную

лавку открывать, – пытался пошутить Игорь.

– Нет, пожалуй, поздно мне открывать свой бизнес. Не живу

я – так, доживаю… Так вот, некоторое время назад я тоже так

рассуждал, как вы. Сильным был, казалось всё по плечу… а жизнь

так завертела… Землю жрал… волком выл… как руки не наложил, не знаю. Сломала меня жизнь… Знаешь, как быка в деревне

убивают? Он же здоровый, ножом сразу можно не попасть в

сердце. Так ему дают ведро с водой. Бык наклоняется пить, а ему в

это время кувалдой между рогов.

6

пространственную ориентировку. В общем, оглушают его. Затем к

нему подходят и спокойно перерезают сонную артерию. Всё…

Кровь выходит, и бык падает замертво. Вот так и меня. Дали между

глаз, только добить не добили. Вот так и живу на коленях, не

понимая, что такое хорошо, а что такое плохо. И не верю никому, и

не хочу ничего. Так… доживаю.

Зацепин говорил медленно, как бы нараспев.

похож на голос блаженного, тронутого умом человека. Руки

немного подрагивали, щека подёргивалась. Видно было, что он

разволновался.

– Ну, может быть, стоит попробовать поменять жизнь, –

Игорь говорил не громко, затягиваясь.

– А ради чего? Всё в прошлом, ничего не вернуть… Вера не

позволяет руки наложить на себя, а так бы уже давно ушёл в мир

иной. Вот дождусь тепла, и опять в лес.