Левенхет: Каменный берег

Всё это – прямой путь к совершенствованию, которое и помогает нам, алькарам, выживать и становиться ещё сильнее. Зрелище поля, усыпанного трупами и залитого реками крови, доставляет нам удовольствие, даже если эта кровь чёрная подобно крови этих четырёхруких недоразумений.

– Вряд ли наши интересы когда-то совпадут.

– Согласен, – кивнул Грыкхар, – но кое-кто из ваших приближённых возможно будет со мной солидарен. Верно, наёмник?

Виктор не ответил, чем вызвал смех у алькарского короля. Между тем бой продолжался.

Воевода беспощадно размахивал копьём, а также использовал свой молот, когда противник пытался поймать момент и сократить дистанцию, всё это сопровождалось бурным кличем тысяч алькаров на трибунах. Лик в свою очередь начал сдавать позиции, было видно, что он выдыхается и совсем скоро у него совсем не останется сил. Он это прекрасно осознавал, а потому решил пойти на рискованный шаг. Лик выбросил пару своих мечей, чтобы было легче сражаться с парой других, и вновь предпринял попытку подскочить к Бралкгару, попутно уклоняясь от копья. У него почти получилось, лезвие меча почти достигло лица алькара, но тот схватил его голой рукой, заранее выпустив свои копьё и молот, а после точно также блокировал и второй меч. Кровь стекала по ладоням воеводы, но тот лишь улыбнулся, так как этим самым его победа была предрешена. Он ударил лика своей головой, защищённой стальным шлемом, после чего противник упал на землю, и алькар немедля поднял копьё и вонзил его в брюхо лику. Бедолага закричал от боли, извивался на земле, когда воевода продолжал прокручивать древко, из-под маски и её глазниц хлынула чёрная кровь. Следующим движением воевода поднял лика, насаженного на копьё, и вонзил оружие другим концом в землю, оставляя врага подвешенным на нём. На этом ничего не кончилось, по мнению Бралкгара такая смерть была слишком лёгкой. Он поднял свой молот, а затем под усилившийся клич толпы со всей силы ударил им по голове своего противника. После такого удара от части тела лика не осталось ничего, кроме осколков маски и кусков плоти, разлетевшихся по арене. Воевода, заляпанный чёрной кровью, поднял свой молот вверх и победоносно взревел, получая взаимность от своих соплеменников на трибунах. На Лайле совсем не было лица, она продолжала смотреть даже в самые ужасные моменты данного поединка.

– Вот так воевода Бралкгар! – обрадовался король Грыкхар, – Всё-таки я никогда не ошибаюсь в тех воинах, которым дарую высокие титулы.