Левенхет: Плачущая земля

– Да-да! – Фимало вытянулся, демонстративно задирая голову вверх, – Я специально наблюдал за вами со скалы, следил, чтобы афы не потеряли своего предводителя. Хорошо, что я прекрасно владею заклинанием телепорта и сразу же отправил принца сюда, к лекарям.

– Этого не потребовалось, – отмахнулся принц, – рана не серьезная, а лекари пускай поберегут магические силы на тех, кому помощь действительно необходима, – принц перевел взгляд на Виктора, а потом на Фимало, – когда аэропланы начали таранить дирижабль, это и была сила клана Мирван?

Виктор несколько секунд молчал, но потом ответил.

– Самое главное – это разглядеть пилота. Именно из-за этой силы нас и истребляли, принц. Теперь вы понимаете, что может случиться, окажись она не в тех руках?

– Я знаю только, то, что Мирваны и были подвергнуты истреблению, потому как их руки были уж сильно не чисты.

– И это, правда, – улыбнулся Виктор, – а теперь извините, но мы хотели бы увидеть, тех, ради кого и пришли. Где миссионеры?

– Я отведу вас к ним, – князь развернулся, отправляясь в сторону пещер, но тут же остановился, – Дифис, скольких мы потеряли?

– Подсчет ещё идет, Шахирэ.

Но приблизительно тысяча воинов. Может больше. Я приказал бросить все силы на оборону каньона, но мне кажется, что, потеряв большую часть солдат, антийцы отойдут к проходу в ущелье. Без авиации они сюда вряд ли сунутся. Танки также показали свою неэффективность в ущельях. Я отправлю своих аберфолов обыскать рухнувший дирижабль, вдруг найдём, что полезного.

– Хорошо, – Шахирэ печально опустил взгляд, – теперь нас ещё меньше. Мне не хватит оставшихся воинов, чтобы долго сдерживать ущелья.

– Господин, – к принцу подошёл аф, у которого не было одного уха, – наш маг получил сообщение с Хикари.

– Проводи этих людей к беженцам, – Шахирэ повернулся к раскольникам, – прошу меня простить, это неотложное дело.

***

– Слушай сюда, святоша долбаный! – Бракас прижал к стене пещеры миссионера, так что ноги у того не касались земли, – Мы не просили тебя рассказывать нам о бренности бытия и слепой надежде на спасение всякого, кто обратиться к вашим учениям! Тебе задали конкретный вопрос!

Видимо для старого миссионера такое отношение было в новинку.

Бракас никогда не был поклонником веры, однако монахов из Церкви Света он уважал. А вот таких как эти – точно нет. Сейчас он был готов впечатать его в каменную стену, оставив так пока не помрет.