Левенхет: Плачущая земля

Эти длиннорогие животные передвигались на задней паре ног, а передние использовали для приема пищи, но самое главное это то, что они могли обходиться без воды почти треть света. Еда для них – это колючие кактусы, которых в Ливри было в избытке, а уж магическая вода была для них и вовсе удовольствием. Вода, которая создавалась при помощи магии жизни, имела те же самые свойства, что и обычная, но при этом абсолютно безвкусная, и удовольствие совершенно не то.

Последний раз Виктор посещал Ливри шесть лет назад во время задания по сопровождению крупного каравана торговой гильдии Княжества.

Жару он ненавидел гораздо больше, чем тех же самых чернокнижников из темных гильдий, она приносила дикий дискомфорт. Помимо этого, на палящем солнце нужно было прикрывать свои части тела, чтобы не заработать солнечные ожоги, так что помимо невыносимого пекла его бесила и ужасная духота. Долгое время им приходилось преодолевать многочисленные дюны, и скрываться в наспех сооруженных палатках от плакальщиков, посреди ночной холодной пустыни, до тех пор, пока они наконец не достигли горной гряды Ксфирских ущелий, вдоль которых сейчас и продолжали свой путь.

Они двигались через Пустые пески, не принадлежавшие ни к одному государству Междумирья, уже несколько дней, возле ущелий и уже совсем скоро могли достигнуть морской границы, за которой до Анта рукой подать. Последний раз Виктор был в Анте лет десять назад, когда там шла вторая революция. Видимо скоро придётся снова встретиться с этими выскочками, и вновь недружелюбно.

– Эй, Фима. Как думаешь, миссионеры зашли в ущелье или прошли возле моря? Они ведь не идиоты, должны понимать, что если напорются на антийцев, то им несдобровать.

– Они отправились сюда за, черт знает, сколько земель, – вклинился Бракас, – и ради чего? Ха! Они самые, что есть настоящие идиоты!

– Благодарю тебя, о мудрец, – Виктор, повернувшись, изобразил поклон, – Фима?

– Чего ты пристал? – Фимало поправлял свой элегантный пустынный зеленый плащ, – Я откуда знаю.

Может и вошли. А может и не вошли. В любом случае они точно двигались здесь. Идти по открытой пустыне – это маразм! А рядом с ущельем ночью можно спрятаться от плакальщиков. Ну и тень до полудня, само собой. Заживо не сваришься.

– Извините, что отвлекаю вас от раздумий, друзья, – Бракас остановил скапи, – но за нами наблюдают.

Он смотрел вверх, на склон ущелья, где с высоты в пятьдесят метров, за путниками наблюдали, замотанные в белые одежды силуэты.