Левенхет: Пустой мир

– Нет! – кричал генерал, отказываясь подходить к склону, – Что вы задумали?! Мы же сдались, сложили оружие!

Своим могучим телом он собирался пробиться через ряд солдат, но быстро получил удар прикладом в висок и упал на землю. Три офицера принялись поднимать генерала, пока сиракирцы ставили всех в один ряд на краю дороги.

– Я требую справедливого суда! – продолжал кричать генерал, схватившись за окровавленный висок.

– Заткнись, собака, – в голосе и глазах солдата не было никакой злобы, он говорил очень спокойно, глубоко в душе радуясь, что весь этот кошмар закончился, – вам уже вынесен самый справедливый приговор.

– Какие же вы болваны! – Нормус говорил с большой обидой, чуть ли не плача, – Прямо сейчас вы продолжаете хоронить наше светлое будущее. Считаете, что таким образом вы станете свободными? Этого никогда не будет! Вы продолжите быть послушными рабами, но теперь в руках других властителей. Что вам пообещал этот кретин Фурм? Ту самую свободу? Нет, дальше вас ждёт ещё больше крови.

Ещё больше войн! Но теперь мы будем вынуждены проливать кровь друг друга. Снова человек начнёт убивать человека… Генеральский штаб был способен вывести вас за пределы Анта, расширить его границы, всех вас ждали новые земли, где вы могли заниматься чем угодно. Вы были бы единственными хозяевами этого мира! Но вы решили всё просрать. – после этих слов Нормус сплюнул, – Когда ваши внуки спросят вас, почему человеческая раса находится в таком жалком положении, скажите им, что это всё ваша вина… Только антимагическое движение могло привести наш народ к лучшему будущему!

– Правда? – спокойным голосом спросил старший солдат, – К такому ли счастливому будущему вы привели тысячи невинных жителей Сиракира?

Генерал замешкался.

– Если жизнь после смерти всё-таки есть – передайте нашим погибшим братьям, что вас к ним отправили сиракирцы.

– Стой! – только и успел закричать генерал.

Всё это время полковник даже не думал просить пощады, он молчал весь путь до места своей казни. Видимо здесь и настал тот момент, когда ему спустя тридцать лет службы пора отправиться на вечный покой. Только в такие моменты всем сердцем начинаешь надеяться, что смерть – это лишь начало новой жизни. По правде говоря, он ни о чём не жалеет, все эти долгие годы он исправно служил своим солдатам. Именно солдатам, а не генеральскому штабу.