Вспомни, Облако!

Помимо материальных причин возникли затруднения технические, в то время непреодолимые.

А через год после этих испытаний братья Монгольфье и профессор Шарль создали свои летающие «пузыри». И Бланшар, думая восполнить недостающую крыльям подъемную силу, соединяет баллон Шарля со своими крыльями, создав тем самым своеобразную «птицу». (Впоследствии такие гибриды стали называть «микстами». )

Первый полет Бланшара, состоявшийся на Марсовом поле в Париже, как и вся последующая жизнь знаменитого воздухоплавателя, изобиловал приключениями.

Прежде всего, перед самым подъемом полиция арестовала его напарника монаха дона Пеха, сбежавшего из монастырского застенка ради того, чтобы подняться «поближе к богу». Монаха водворили обратно в монастырь, увеличив срок заключения на год.

Бланшар собрался лететь один, но тут в гондолу ворвался юноша в военной форме и с пафосом воскликнул: «Я с вами!» Никакие уговоры и напоминания о том, что на полет необходимо специальное разрешение, на него не подействовали.

Когда юношу из гондолы начала выталкивать стража, он отчаянно сопротивлялся, размахивал шпагой, проткнул ее концом оболочку и поранил руку Бланшару.

Брыкавшегося юношу унесли. В суете забыли, что вместо второго человека в гондолу нужно положить дополнительный балласт. Отпущенный шар с Бланшаром в корзине пошел в небо так стремительно, что аэронавт оглох от резкого перепада давления, почувствовав резкую боль в висках.

Потом шар попал в зону «болтанки», и Бланшара бросало от одной стенки гондолы к другой.

Шар влетел в облака, и Бланшара обуял ужас «неопределенного положения». Усилием воли он подавил страх и заставил себя сосредоточенно работать, это было тем более необходимо, что оболочка шальера, раздуваясь от возрастающего давления изнутри, грозилась лопнуть. Бланшар травил газ через верхний канал.

Наконец полет стабилизировался по высоте, и Бланшар почувствовал, что… замерзает.

Его парадный сюртучок совсем не грел на расстоянии от земли в четыре тысячи метров. Тут он вспомнил про крыльчатые весла и начал энергично работать ими, пытаясь изменить направление полета.

После спуска Бланшар утверждал, что крылья дали ожидаемый эффект, но ему никто не поверил. Что поделать, увлеченный изобретательством Жан Пьер Бланшар не был лгуном, но иногда выдавал желаемое за действительное.