В тупике бесконечности

– Как скоро «Прометей» выйдет на орбиту, чтобы можно было отправить на поверхность зонды? – спросила Тина Иприкян с такой интонацией, будто интересовалась у своего стилиста, с каким шарфиком лучше носить эту блузку.

Ответил директор Лагунов:

– Уже. «Прометей» полностью готов к работе. И я хочу, чтобы исследованиями занялся ваш отдел, Тина.

– О, с этим проблем не возникнет, – заверила Иприкян. – Считайте, что зеленый шарик уже наш. Все будет в лучшем виде.

– Что ж, теперь, когда стало ясно, что все наши предположения и расчеты в отношение Тау Кита оказались верны, я объявляю проект «Прометей» открытым!

И снова по залу прокатились аплодисменты.

Лео тоже аплодировал, и все это время его не покидало восхитительное чувство причастности к чему-то особенному, грандиозному.

Ответив на несколько вопросов, суть которых ускользала от Лео, Лагунов поднялся с кресла:

– На этом все. Каждый из вас получит персональный пакет данных по проекту. Указания и рабочие векторы тоже там.

Если появятся вопросы, Джон все прояснит.

Прежде чем стеклянная дверь бесшумно закрылась за спиной Лагунова, коммуникаторы залились сигналами входящих трансляций. Коллеги просматривали информацию, что-то бубнили себе под нос и с озадаченным видом тянулись к выходу. Лео нащупал в кармане пиджака коммуникатор и украдкой глянул на дисплей – ему сообщений не приходило. Разочарованный таким поворотом событий, он направился к двери.

– Бестужев, Иприкян, останьтесь, – окликнул Джон и ткнул указательным пальцем на кресло.

 – Тиночка, я хочу, чтобы вы помогли Лео вникнуть в суть проекта. Теперь ваше бюро официально отвечает за техническую часть «Прометея».

В кресло Иприкян не села. Она умостила свой аккуратный зад на край стола, достала из кармана приталенного сиреневого пиджачка пачку сигарет и закурила. Эта невысокая язва с большими фиолетовыми глазами и каре «под Клеопатру» могла позволить себе делать, что угодно и говорить, что угодно.

Причина проста – ее отец был партнером Лагунова и владел активами «Центра».

– Джонни, мне совершенно некогда заниматься вот этим, – сказала она. Огонек сигареты уставился на Лео. – За двенадцать световых лет отсюда ждет «Прометей», а мы говорим о всяком…

– Мы говорим о работе, – отрезал Джон. – Доработки проекта терраформирования, предложенные лабораторией Бестужева, хорошо показали себя в деле и быстро окупились.