Каждый выбирает для себя. Приключенческий боевик

Через него мы хотим выйти на эпоху стремительного развития империи инков. Вам что-нибудь известно об этом? – небрежно спросил Чернов

Благояров прикусил язык. Он понял, что это посещение не случайно. За ним следили и, когда, наконец, он вышел на что-то стоящее – сразу взяли в оборот.

– Кое-что я слышал, – осторожно проговорил Петр Игнатьевич, – Но это, так – неподтвержденная информация. Ничего конкретного. Может быть, я смогу этим заняться, но не обещаю.

– Петр Игнатьевич, подумайте хорошо, – в голосе незнакомца звякнули металлические нотки, – Вы, наверное, забыли или не придали значения какому-то документу? Заранее могу сказать, что в случае положительного исхода дела, я имею в виду документальные материалы о Талисмане, ваша доля участия составит пятьдесят тысяч долларов плюс, при необходимости, накладные расходы.

Надеюсь, я не дал причины сомневаться в нашей платежеспособности и честности, – Игорь Михайлович многозначительно кивнул на конверт с деньгами, который Благояров сжимал в руках.

– Нет-нет. Все свои разработки я помню, как «Отче наш», – Благояров едва справился с собой, услышав предложенную сумму, – Не было у меня подобных бумаг. Да и вряд ли они вообще существуют. Слишком уж фантастично все это… Как Шамбала.

– Что ж, на «нет», как говорится и суда нет, – Чернов пристально посмотрел в глаза Благоярову, – Вам, позвонят завтра утром. И если вдруг, Вы измените свое решение, – Игорь Михайлович сделал ударение на последнем глаголе, – то мы будем Вам весьма признательны.

Ну-с, – гость встал, – за сим, спешу откланяться. Дела, знаете ли. Надеюсь на ваш здравый смысл.

Благояров проводил гостя до двери. «Что он хотел сказать, упомянув о здравом смысле? Это что – угроза? А может то, что второго шанса может и не быть? Хотя, какая разница, – Петр Игнатьевич сразу же решил продать добытые сведения, когда услышал о сумме, но боялся, что может продешевить, – Все равно мне никогда не воспользоваться этим знанием. А так – хорошие деньги и без особых хлопот.

Если они сразу предложили пятьдесят тысяч, значит им это очень нужно. Следовательно, где пятьдесят, там сто или, даже, сто пятьдесят. Надо поторговаться».

Вернувшись в комнату, он достал из старинного буфета графинчик с коньяком и порезанный лимон. Налил себе рюмочку и залпом выпил, закусив кислым цитрусом. Поморщился. Потом блаженно улыбнулся: «Хоть и на старости лет, но мечты сбываются. Наконец-то и я стал кому-то нужен».