Хомопанк

Она достала из шкафа ту картину, которую хотела презентовать изначально, с роботами.

Девушка улыбнулась:

– Так ему бы и эта не понравилась, – размышляла она вслух. – Предыдущие отборы я не проходила именно потому, что рисовала картины похожие на мармелад – приторно веселые, цветастые. Что тогда им нужно вообще?

Разозлившись, она швырнула холст на пол; достала из шкафа другой, посмотрела на картину – туда же, то же произошло и со следующей бедняжкой.

– Я что… бездарность? Что нужно людям, чтобы им понравиться? Что мне нужно было нарисовать?!

Ри перешла на крик – она схватила со стола ножницы и принялась кромсать свои работы.

Какая разница, что она потратила столько сил? Всё равно никому эти картины не пригодятся.

– Никто не хочет видеть правду, – возмущалась девушка. – А что они хотят видеть? Радугу? Единорогов? Это самая настоящая жизнь! Я не верю, что рисую плохо, такого же не может быть? Правда?

Девушка добралась до последней картины, которую она принесла с отбора, – той, на которой был изображен Аргус.

Она собиралась разрезать ее, уничтожить, не оставить ничего, чтобы можно было бы, как пазл, сложить. Но не смогла. Просто не смогла. Это было не совсем ее произведение – в красках на холсте Аргус продолжал жить.

Рыдая, она пошла в туалет, встала около раковины, посмотрела в зеркало: распухшее от слез лицо, красные глаза.

– Спокойно, Римма, – сказала она себе. – Ты получила свой шанс. Так бывает, такое случается. Ты с гордостью вступишь в Цикл, поняла? – Девушка внимательно посмотрела на свое отражение.

 – Ты сделала всё, что смогла, поняла? Ты сделала всё.

Сообщение о том, что ей необходимо явиться на подземный этаж для Ухода, пришло на следующий день. К этому моменту Римма успокоилась окончательно: она приняла свою судьбу. Ведь… она сделала всё правильно: жила по совести, никого не обижала, не предавала, занималась тем, что ей нравилось. Сделала всё, что от нее зависит, чтобы доказать свою полезность.

Она будет образцовым кандидатом до конца. Вселенная позаботится о ней. И, в конечном счете, она вернется в мир людей, но уже в другом воплощении. Спустя много-много лет. Ее польза, как социального существа, закончилась, но ее телу еще предстоит внести свою лепту в развитие планеты и цивилизации в целом.

Так называемые «друзья» не стали провожать ее, как Римма провожала Мару, – все были занятыми своими делами, готовились к своим отборам.