Мидгард. Часть 1

На любимом резном стуле хозяина замка расселся сельский священник отец Салливан, ровесник и главный приятель Уитби и в добродетелях, и в пороках.

Они посудачили о вопросах малозначительных, воздали хвалу отбывшему хозяину, поблагодарили судьбу и Бога за благополучие, обрушившееся на них так же неожиданно, как рухнула ночью колокольня, и скоро меж ними встал важные вопрос: с чего же начать управление замком?

Знавший свои удовольствия Уитби предложил перво-наперво устроить смотр деревенским девицам, чтобы отобрать двух-трех златовласок, не обремененных стеснительностью и готовых сменить деревенские домишки на каменные хоромы, но уставший от хлопот с крикливым Ричардом и уж навсегда теперь молчаливым Джоном отец Салливан заметил, что день его выдался под последний час забит трудами, как сундук скряги под крышку полон мелких денег, и предложил начать смотр богатств не с женских прелестей, а с хозяйских погребов, что Уитби тоже пришлось по душе.

Им было известно, что на зиму сэр Кормак выписал из Галлии пятнадцать бочек неплохого вина прошлогоднего урожая.

В погребах выяснилось, что бочек осталось тринадцать: одну осенними вечерами прикончил Джон, вторую за ночь опустошил Мерлин. Отец Салливан заметил, что будет дурным знаком оставлять в подвале чертову дюжину бочек, ведь число тринадцать хотя и, по утверждению математики, самое что ни на есть простое, поскольку ни на что кроме себя и единицы не делится, но зовется по черту неспроста, а Уитби нашел, что как никогда согласен со святым отцом по этому вопросу, и лишняя тринадцатая бочка в тот же миг была поднята слугами в каминный зал.

За кубками терпкого рубинового они обсудили, стоит ли все простые числа считать связанными с чертом, потом незаметно перешли к обсуждению задачи о кроликах, которую прочитал Уитби в труде «Книга абака» некоего Фибоначчи. Самой книги у него не было, он не мог позволить такую роскошь, но где-то у сэра Кормака имелся рукописный список, по которому Уитби познакомился с содержанием.

Задача итальянца спрашивала, сколько пар кроликов будет в загоне через год, если вначале там была одна пара, а каждая пара производит за месяц еще пару кроликов, при условии, что в загоне всегда имеется равное количество крольчих и кролов.

Они удостоверились, что число в тринадцать пар является частью кроличьего размножения, а численность пар кроликов, взятая после каждого приплода, образует последовательность, названную в честь вышеназванного мудреца последовательностью Фибоначчи.