Мидгард. Часть 2

– Иными словами, малой Ричард доводится тебе троюродным братом, – заключил стражник.

– Разум твой ясен, хоть ты в сединах. Истинно так! – воскликнул Ремли.

– Можете проходить. В «Три петуха» не суйтесь! Там морды такие – с ними доиграешься! – повторил предостережение стражник. – Идите в «Кильку». С утра, если не проспите, увидите с окна, как рыцари собираются! На большее не рассчитывайте, если шкура дорога. Убить насмерть, может, и не убьют, а шкуру уж верно попортят! – уже вслед уходящим продолжал кричать стражник.

Они вошли в город и, следуя главной дорогой, нашли рыночную площадь, а рядом с ней и трактиры, о которых говорил стражник. Трактир, который стражник назвал «Килькой», на деле назывался «КильКаБанКаМыш» и был примечателен тем, что мог называться двояко: и как «Киль-Кабан-Камыш», и как «Килька-Банка-Мыш», в зависимости от вкуса постояльца, но местные жители ради сбережения времени сократили изобретательность автора до «Кильки». Напротив стояли и «Петухи».

– Это здесь, – указал на железную вывеску Уитби.

На вывеске был котел, из которого выглядывали головы трех петухов. Птиц изобразили с разинутыми клювами и высунутыми языками. Горланили они песни или орали в агонии, потому что варились заживо, зависело от фантазии наблюдателя. Первая трактовка жителям и гостям города нравилась больше, а что хотел сказать автор этой вывески длинными высунутыми языками, достоверно уж не помнил никто, потому что умер он лет сто назад.

– Мы пойдем в «Кильку», – сказал Уитби, подталкивая перед собой Лионору, – а вы лучше без нас с рыцарством покумекайте.

Если нужен буду, пошлите за мной. Я ж при рыцарях сызмальства. Но лучше не зовите. С дороги ноги гудят. Отдохнуть бы.

Ремли кивнул, и Уитби, взяв под руку женщину c ребенком, повел их в трактир, а Мельхиор с Ремли остались стоять перед «Петухами».

Они осмотрелись. Хромой нищий спал над дырявой шляпой, прислонившись к костылям, но не забывал поглядывать вокруг одним неспящим глазом, чтобы деньги случайно не покинули шляпу.

Чей-то оруженосец возился с господской лошадью. Два студента разглядывали леса строящегося собора, бойко обсуждая на латыни его будущие архитектурные недостатки. Мельхиор прибегнул к заклинанию истинного видения.

– Спокойно? – спросил Ремли, заметив, как Мельхиор прочитал заклинание.

– Да, – кивнул волшебник. – Это оруженосец нашего рыцаря-пророка, – указал он на юношу, который чистил лошадь перед конюшней.