Последняя надежда

При попытке взять и отломить кусочек оказалось, что хлеб подгнил с разных сторон – это был нехороший знак. Новый знакомый сплюнул на гнилые куски и со злобой разбросал их в разные стороны, не объяснив причин своего поведения. Он сказал только одно: «пустая надежда». Через пару минут глазам вошедших в убежище открылись длинные ниши, идущие вдоль коридора, где располагались лежанки с людьми. Рядом с ними находились запасы на случай, если придется отсиживаться очень долгое время. Здесь были ящики с картофелем, сетки с овощами и другие непонятные продукты.

Войдя в один из коридорных проемов, Миларис беглым взглядом окинул семейное убежище. Мужчина, возлежащий на кровати из связанных между собой досок, воскликнул: «не вздумай стащить наши припасы, а то пожалеешь! Я тебя запомнил». Приютившись в уголке на сене, Миларис с Понтием спокойно провели ночь под пристальным взглядом нового знакомого, который расположился относительно их и коридора на стуле. Утром Миларис услышал странный подозрительный звук в одной из комнат. Обнажив свой походный меч, он вошел внутрь и со всего размаху всадил клинок в куль с мукой. Раздался душераздирающий вопль, все вскочили со своих мест и бросились смотреть, что произошло. Миларис вышел с окровавленным мечом, неся на плече небольшого демона, еще живого, который прятался в одном из мешков. Путники решили идти немедля, невзирая на опасность. Незнакомец сказал, что останется здесь в убежище и присмотрит за ситуацией. Кто он такой был не ясно, но Миларис почувствовал в нем внутреннюю силу. Выйдя из убежища через потайной лаз, компаньоны устремились к порту, всячески укрываясь от шастающих то тут, то там мракобесов, чтобы не спровоцировать неравный бой.

Оставшийся в убежище проводник присел на стул и время, как бы остановилось на долю секунды. Он заснул. Что это было, никто бы не объяснил, но люди, сидевшие в убежище, неожиданно начали вставать, выходить из своих уголков и преображаться.

Кто-то выпрямлялся в полный рост, кто-то, наоборот, приседал и начинал коверкать слова. У сидящего же на стуле подбородок и руки начали вытягиваться, скулы утолщаться, а волосы становились длиннее обычного. Подол плаща у сидящего был откинут, и никто даже не замечал ранее, что там находится какой-то длинный жезл, вроде небольшого шеста. Вдруг неожиданно, как бы случайно, сидящий приоткрыл один глаз, который в темноте коридора отливал синим цветом.