Бешеный волк

– Я с покойным Капитоном тоже мировую пил, тоже братался. А он ко мне киллера в гости послал... А ты ж его, капитоновской школы...

– Да не я это!

– Заткнись! – рыкнул Родион. И тут же успокоился. – Знаю, что не ты.

В отличие от своего бывшего шефа, Витек на подлость не способен. Если что не так, напрямую спросит, но из-за угла бить не станет. Хотя все в мире относительно. Ни в ком нельзя быть уверенным на сто процентов.

В дверь постучали.

– Да!

На пороге нарисовалась физиономия «быка».

– Родион Сергеевич, к вам...

– Что, менты?

Давно уже пора им нарисоваться. Кеша уже полчаса как преставился. «Скорая помощь» приехала. А вот менты задерживаются. Может, они думают, что Родион свое собственное следствие организовал, мешать ему не хотят.

– Да нет, тут это, невеста...

Кого-кого, а Ладу Родион почему-то не ждал.

– Пусть заходит.

Юную вдову он встретил стоя. Лада была вне себя от горя. Мертвенная бледность на щеках, красные от слез глаза. Родион подал ей руку, но она этого не заметила.

Прошла мимо него и обессиленно опустилась на диван. Из груди вырвался тяжкий вздох.

Родион посмотрел на нее. Как это ни странно, но в горе Лада была еще краше. Душу защемила нежность. Хотелось обнять ее, прижать к себе и утешить добрым словом.

– Я знаю, кто убил Иннокентия, – выдавила она из себя.

Он даже не сразу понял, о ком она говорит. Иннокентий – это полное Кешино имя.

– Кто?

– Олег Бушуев. Все его Аликом зовут. Хотя это неправильно.

..

– Какая разница, как его зовут? Кто он такой?

– Он был моим парнем. Я обещала его ждать из армии... А тут Иннокентий. Он так ухаживал за мной. Он был таким хорошим, сильным, мужественным. Цветы охапками дарил. В любви клялся. Он предложил мне выйти за него замуж. Я согласилась. Ведь мне он казался самым лучшим...

– Это верно, Иннокентий был парень что надо. Так значит, его Алик грохнул? Парень, которого ты из армии ждала... Давно он вернулся?

– Его только осенью призвали.

Ему еще служить и служить. Я думаю, он сбежал из армии. Получил мое письмо и сбежал. Я просила у него прощения. Это я во всем виновата...

По ее щекам катились слезы. Она закрыла лицо руками. Заплакала. Родиону снова захотелось обнять ее, приласкать. Но он даже на это не имел права. Разве что на правах друга погибшего мужа... Он остался на своем месте, в монументально-величественной позе.

– Ты ни в чем не виновата, – качнул он головой.