Блатные псы

Как вспыхнул конфликт – еще в прошлом тысячелетии, – так и тлеет до сих пор…

Не так давно Лукомор был под следствием, какое-то время провел в общей камере изолятора, и ничего, нормально все прошло – никто ему не предъявил. Но тогда он был в силе, за него могли очень жестко спросить, а сейчас ситуация иная. Менты расшатали почву под ногами, разогнали его пацанов – кого-то «приняли», кто-то сам под лавку забился. И еще Фраер давит. Возможно, этот гад и спровоцировал обострение конфликта с Чапелем. Вынюхал момент и подложил под него бомбу.

Похоже, фитиль уже зажжен, Ипатий просто так бить тревогу не станет…

А ведь надо было послушаться Ипатия. Он говорил, что нужно замириться с Чапелем. Говорил, а Лукомор его не слушал. И теперь это может ему выйти боком…

– Все?

– Ну, вроде да, – развел руками Солодкий.

Помещение могло прослушиваться, поэтому он не озвучивал имена, а писал их на бумаге и говорил на эзоповом языке. Но Лукомор все понимал. Мише ничего не ясно, а он уже знал, какая беда над ним нависла.

Чапель заслал маляву в следственный изолятор – Муртаз ее получил. Теперь для «смотрящего» Лукомор – самозваный вор, а раз так, его нужно показательно покарать. Но пока еще не поздно, Лукомор мог напроситься на разговор с Муртазом, объяснить ситуацию. Пусть «смотрящий» отпишет ворам, которые не признали постановление Чапеля и Беловика, пусть они дадут ответ. А воры уважаемые, там и русские, и грузины…

Был в начале девяностых годов неприятный момент для воровского мира. Чеченцы внаглую и широким фронтом подминали под себя Москву.

Грузинские «законники» пытались объяснить, что дела нужно решать миром, но чеченцы даже слушать их не желали. Славянские воры тоже отступили под натиском «чехов». В Москве тогда начался настоящий беспредел – чеченцы подмяли под себя практически весь бизнес, с их подачи в Грозный уходили сумасшедшие суммы. А потом в Москве появился Слава Япончик. Силой своего авторитета он объединил вокруг себя разрозненные славянские кланы и объявил чеченцам войну. Грузинские воры вроде как сохраняли нейтралитет, но им тоже пришлось поучаствовать в бойне. Чеченцы сопротивлялись, но их давили со всех сторон, пока не выбили из столицы… Веселые времена были, а крови сколько пролилось…

На этой волне Лукомор и поднялся. В девяносто втором году он «откинулся» в ранге законного вора, примкнул к уважаемым людям, которые приняли волю Япончика. Сам он никого не убивал: не положено было по рангу, но карающую руку направлял.