Брат, мсти за любовь

Марта аж похолодела, когда в каморку к Митричу вломились два бугая с бритыми затылками и квадратными лицами. Ей и самой вдруг захотелось перекреститься.

– О-о, не понял, Митрич, в натуре, ты этта, чо, телку, типа, снял? – пробасил один.

И впился в Марту тяжелым оценивающим взглядом.

– А чо, не слабая киска, – похабно усмехнулся второй. И нагло у нее спросил: – За сотку со мной пойдешь?..

– Что? – не сразу поняла Марта.

А когда до нее дошло, она чуть не закричала от боли и страха. Именно такие вот уроды изнасиловали ее.

Она обхватила голову руками, ее затрясло. Казалось, еще немного, и она упадет на пол и забьется в психическом припадке.

– Эй, ты чо, в натуре, это, шифер, блин, набок съехал? – растерялся первый браток.

– А ну валите отсюда! – неожиданно рыкнул Митрич. – Совсем одурели! Нормальную девчонку с собой тянут... Я еще Генчику скажу...

– Да ладно, Митрич, замяли, – пошли на попятную братки. Видимо, испугались какого-то Генчика.

– И Любке скажу, – не унимался Митрич.

– Любке?.

. Эта которая с Анкой?..

– Вот-вот...

– А она-то чо?

– Это Марта – родная сестра Любки. А ты ей сотку предлагаешь. Совсем оборзел, да?

– Любкина сестра, да... Не, ну ты, Митрич, сразу бы сказал. А то молчишь, блин... Ты, Марта, этта, типа, извиняй...

– Все, исчезли...

– Да ладно, Митрич, нам бы это...

– Я сказал, исчезли! – гаркнул Митрич.

Мордовороты испарились.

Только Марте не было от этого легче. Ее продолжало трясти. Страх по-прежнему сжимал ее душу ледяной рукой.

Это хорошо, что Митрич сумел остепенить этих подонков. А вдруг они разозлятся да вернутся. Митрича изобьют, а ее зверски изнасилуют...

Следующего раза она точно не переживет...

Митрич подсел к ней. Начал гладить по спине.

– Ты чего так испугалась? – спросил. – Неужто уже настрадалась от таких вот?..

Марта часто закивала.

– Да ты не обращай внимания... Они скоты. Натуральные скоты... Но у них есть пастух. Он тебя в обиду не даст. И Люба всегда заступится...

Вот здесь начиналось самое непонятное.

– А они что, Любу боятся? – Марта оторвала руки от лица и сквозь слезы посмотрела на Митрича.

– Ну, не боятся. Так, побаиваются... Не все, понятное дело. Но эти да, их Люба приструнить может...

– А почему?

– А ты не знаешь?

– Нет...

Митрич ответил не сразу. Долго о чем-то думал, как будто взвешивал все «за» и «против».

– Если тебе Люба ничего не говорила, то и я молчу, – наконец заключил он. – Ты давай вот водочки выпей.