Человек из зеркала

А халатик не мешало бы сменить, тем более что был у нее в гардеробе интересный вариант – короткий, тесный и еще без верхних пуговиц на особых лацканах, приподнятых и оттопыренных так, чтобы у мужчины возник соблазн заглянуть под них. А грудь у Дианы далеко не маленькая и эталонно-правильной формы, если, конечно, верить Роме, да и не только ему. Всем нравился ее бюст, да и Чупраков, помнится, был от него без ума тогда, в кабинете. Может, ей удастся встряхнуть его память?

Василий Георгиевич полулежал на своей кровати, смотрел телевизор и пил чай, когда Диана вошла к нему в комнату.

И халат у нее короткий, и туфли на тонком высоком каблуке. И глаза блестят, как у вышедшей на охоту стриптизерши. А Диане действительно нужен был приз.

Он так засмотрелся на нее, что забыл про кружку в руке, и это привело к несчастному случаю – чай пролился на шорты.

– Ой!

– Что такое, Василий Георгиевич? Горячо? – кокетливо улыбнулась она.

– Да нет, чай уже не горячий… Но ты права, Диана, горячо, – шаловливо улыбнулся он.

 – Что это сегодня с тобой?

– А что со мной? – с игривым удивлением повела она бровью.

– Ты так прелестно выглядишь…

– А я должна прельстить вас, – она провела пальцем по краю верхнего выреза на халате с тем чувственным выражением глаз, с каким соблазняющая мужчину женщина облизывает языком свои губы. – Это новая медицинская методика.

– И в чем она заключается? – в предчувствии феерического события разволновался он.

– А заключается она в том, что пациент сам должен выпрыгнуть из штанов.

Для укола.

– Для какого укола?

– Для этого!

Диана сняла с иголки шприца колпачок, нажала на пластиковый поршень, чтобы лекарство сфонтанировало.

– Но это мне уже не нужно, – покачал он головой.

– Кто вам такое сказал?

– Голос был. – Чупраков шутливо глянул на потолок. – Он сказал мне, что я уже совершенно здоров.

– А память?

– Чтобы ее вернуть, нужен другой укол.

– Какой другой?

– А я тебе сейчас покажу.

Если хочешь.

Диана не очень этого хотела, но согласна была принять такой укол. Потому что сама на него нарывалась…

А Чупраков уже в полной боевой. Глаза горят, дыхание жадное, руки потные, и шорты стремительно просыхают от полыхающего под ними вулкана. Сначала он запустил в разрез халата свои глаза, затем просунул руку, а затем влез в него с головой, до самых глубин, которые раскрыла для него Диана. И которые он смог заполнить целиком и очень плотно.