Черный ворон, я не твой

Говорят, что вы выгоняли ее из дома…

– Соседские сплетни, не более того… Что говорят мои сыновья?

– Ну, они говорят, что у вас в семье скандалов не было… – досадливо поморщился Ефимцев.

– Им и верьте.

– Они не хотят свидетельствовать против вас.

За своих домашних Станислав был спокоен. Главой своей семьи он был в полном смысле этого слова, всех держал в кулаке. Рита, правда, иногда артачилась, но и с ней он справлялся.

– Не хотят и не будут, потому что упрекнуть меня не в чем.

– Но мать вашей жены другого мнения.

Она считает, что вы убили ее нарочно. Чтобы в дальнейшем беспрепятственно сожительствовать с бывшей женой вашего брата…

Станислав пренебрежительно усмехнулся. Тещу свою он терпеть не мог, но она в чем-то была права. Он действительно крутил любовь с Витторией, и об этом знали почти все, в том числе и жена…

* * *

Станислав шел в комнату к Виттории. Время – половина десятого вечера, домашние еще не спят. Но ему было все равно. Он хотел ее прямо сейчас, и ничто, казалось, не могло его остановить.

– Стой! Руки вверх!

Герберт вынырнул откуда-то из-под лестницы в левом крыле здания. В одной руке пластиковый пистолет, направленный точно на Станислава. Глупая улыбка, глупый взгляд.

– Стою!

Станислав подыграл сыну – поднял руки. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.

Обычно Герберт не доставлял родителям хлопот. Еще десять лет назад Станислав купил ему компьютер, который и увлек его. В мире виртуальной действительности он был совершенно здоров и полон молодецких сил.

А еще ему нравилось ездить на машине, на ней он не чувствовал себя инвалидом. Но сегодня на него нашла блажь. Ни компьютер его не занимал, ни автомобиль.

Герберту было два года, когда из уст врачей прозвучал страшный диагноз – церебральный паралич. Несмотря на их усилия, болезнь прогрессировала, в конечном итоге превратив мальчика в инвалида. Со временем течение болезни замедлило свой ход, а затем и вовсе остановилось. Станислав делал все, что было в его силах, – когда появилась возможность, свозил его в заграничную клинику, где он прошел курс лечения по какой-то прогрессивной методике.

Но это мало чем помогло. Как был Герберт инвалидом, так им и остался. На своих двоих он перемещался с большим трудом, зато на машине научился ездить. И как ездит…

– Ты к ней не ходи! – мотнул головой Герберт.

Станислав понял, о чем говорит сын. Он не пускал его к Витте.

– Почему?

– Потому что мама плачет.

– Ты не понимаешь.