Честный вор

Дарина опустила сына в кровать, подошла к мужу, помогла закрыть дверь.

– Отойди! – Саша оттолкнул ее в одну сторону, сам отскочил в другую.

– С ума сошел! – возмутилась она.

– Дура! Они стрелять будут!

Дарина все поняла. Это в Сашу стреляли. Видно, киллеры промазали, поэтому он уцелел. Но, возможно, они пошли по его следу. Дверь вроде бы бронированная, но еще никто не проверял, выдерживает она пулю или нет. Еще… Ситуация, конечно, дикая, настоящий ночной кошмар, но это не повод, чтобы оскорблять Дарину.

Да и не страшно ей почему-то. За Ромку она боялась, за мужа переживала, а за себя – нет. Будь у нее оружие, она бы, пожалуй, пошла разбираться с киллерами, чтобы защитить свой дом. Но не было у нее пистолета, да и стрелять она не умела…

– Ты что, не понимаешь? Меня хотят убить! – простонал Саша, потрясенно глядя на нее. – Нас хотят убить! Нас! Меня! Тебя! Ромку!

– Возьми себя в руки! – хлестко сказала она.

– В руки?! Да, да, ты права… – Он склонил голову, приложив пальцы к вискам.

– Водитель где?

– Антон?! Так отпросился он, сам я был… Он знал, что в меня сегодня стрелять будут! – вытаращив на нее глаза, проголосил Саша.

Дарина махнула на него рукой, призывая к тишине. Возможно, за дверью киллеры стоят, а он разоряется. Ромка, и тот молчит, как будто понимает, что нельзя шуметь, а Саша в истерике бьется.

Она приложила ухо к двери. Вроде бы тихо. Да и не могло там быть киллеров.

– Чего стоишь? В милицию давай звони! – вскинув брови, потребовала Дарина.

– В милицию?!. Ты это серьезно?

– А почему нет?

– Да они там все с бандитами заодно! Откуда я знаю, кто приедет, бандиты или менты!

Дарина молча оделась, вышла из дома, спустилась во двор. Деревья тихонько на ветру колышутся, машины за кованой оградой по Бульварному кольцу катятся, парень с девушкой из соседнего подъезда вышли, идут, о чем-то безмятежно друг с другом разговаривают, по сторонам даже не смотрят.

Но так и трупов нет. Отстрелялись киллеры и уехали, а жертва от страха в своей квартире трясется. Саша мог бы выйти во двор вместе с ней, но у него даже мысли такой не возникло.

Серебристый «Мерседес» был на месте, двери закрыты, стекла целы, колеса не пробиты.