Эх, Люба, Любонька!

– Ну, я конечно, не Долина, но уж не хуже Янки…

– Так и я не хуже… В музыкалке когда-то училась. Может, мне попробовать?

– Э-эй! – Со стороны кухни донеся окрик старшей официантки Оксаны.

– Пошли работать, певицы, блин! – хихикнула Людка.

На этом разговор и закончился.

А следующий день принес Любе сюрприз. Музыканты появились в кафе раньше обычного. Развернули аппаратуру. И за микрофон встала Валька.

– Во дает! – осуждающе глянула на нее Людка. И перевела взгляд на Любу. – Ты предложила, а она воспользовалась… К Борисычу вчера ходила.

А он разрешил. Теперь у нас новая солистка…

– А что, подходит? – не без ревности спросила Люба.

– Так сейчас услышим…

Фурора Валька не произвела. Может, и училась она когда-то в музыкальной школе, но фальшивила она так, что бородач Леша по сравнению с ней казался Шаляпиным. Неудивительно, что вторую песню исполнить ей не позволили.

– А можно я попробую? – подняла руку Люба.

Ощущение такое, будто она спрыгнула с обрыва в холодную воду.

Ощущение полета – гремучая смесь из восторга и жуткого страха…

– Ну попробуй, – с кислым видом пожал плечами Леша.

– Только я не умею… – сама от себя этого не ожидая, призналась Люба. Но тут же поправилась. – Вернее, умею, но только «Любу-Любоньку»…

– Ну давай, раз уж назвалась груздем…

Леша распорядился играть «Любоньку». Слаженность ансамбля оставляла желать лучшего. Синтезатор в лад, гитары невпопад, ударные вообще в лес по дрова… Люба даже не представляла, как будет петь. Но запела, ориентируясь на клавишные…

Под караоке петь было гораздо проще.

Музыка там мягче и стройней, опять же подсказки на экране. Люба пела и все ждала, что Леша стукнет ее сейчас темечку своей гитарой. Но нет, не стукнул. И даже похвалил:

– А ведь хорошо… Бревно сырое, неотесанное, зато древесина хорошая…

– Спасибо за сравнение, – уныло посмотрела на него Люба.

– Да нет, я серьезно. Толк из тебя выйдет. Но надо поработать…

– Поработаете, – откуда-то со стороны донесся голос Григория Борисовича.

 – У нее целых три дня будет свободных. Вот тогда и работайте. А сейчас пусть делом занимается…

В этот вечер снова пел бородач Леша. А Люба, как угорелая, носилась между столиками, обслуживая клиентов.

А потом был еще целый рабочий день. Леша пел у микрофона, а Люба бегала с подносом. Но это последний день. Завтра у нее репетиция, пусть и в свободное от работы время. Леша со своими лабухами далеки от идеала, но у них есть, что почерпнуть.