Брат, держи удар!

В багажнике «БМВ» лежали еще не распечатанные коробки с новенькими автомагнитолами.

– Ух ты, красота-то какая! – Вершинин подошел к Харламу и бросил на него одну коробку.

– Откуда товар? – спросил он.

– Из магазина...

Харлам сильно нервничал. И дураку было ясно почему.

– Значит, из магазина сперли, – усмехнулся Светлов.

– Почему сперли?.. Купили...

– Ну да, так тебе и поверили... Короче, – Вершинин посмотрел на часы. – Мы предлагаем тебе вариант. Ты сейчас едешь с нами в отделение, забираешь свое поганое заявление.

.. А мы оставляем все как есть.

Харлам соображал долго и напряженно. Трудно даются мысли, когда извилин мало.

– Хорошо, я согласен, – кивнул он.

В глазах отчаяние загнанного в ловушку волка.

Харлам сделал все как надо. Забрал заявление. Сказал, что нашлись деньги – никто их не воровал, мол, за шкаф завалились.

На этом инцидент вроде был исчерпан.

– Пошел отсюда, щенок! – погнал его прочь Вершинин. – И не попадайся мне больше на глаза...

Харлам зло посмотрел на него, в глазах угроза.

Только Вершинин не придал взгляду Харлама никакого значения. Как и Светлов. Видимо, они привыкли иметь дело с такими отморозками. Привыкли не придавать их угрозам какое-то значение. Видимо, им угрожали не раз, а они все живы.

А вот Валера остался под впечатлением. Харлам на свободе. Он псих. Он способен на любую мерзость. И он знает, как добраться до него и до Лельки.

– Жаль, отпустили подонка, – глядя вслед Харламу, сказал Светлов. – Точно, склад какой-то грабанул.

..

– Банда у него своя, – кивнул Вершинин. – Между прочим, наша компетенция... Надо будет заняться им вплотную...

Глава 4

1

– Брат, на выход! – грозно возвестил надзиратель. – С вещами!..

На этот раз иллюзий у Никиты насчет свободы не возникло. Его выводят из одиночной камеры с вещами только с одной целью – перевести в следственный изолятор. В Бутырку, в Лефортово или в «Матросскую тишину». Выбор ментовского начальства пал на последнее...

Два дня уже он в «Петрах».

После победы над уголовниками из «пресс-хаты» его перевели в одиночную камеру. Под орех он этих мерзавцев разделал. Но ментовское начальство на всю ивановскую растрезвонило о ночной драке. Мол, Никита Брат подвергся избиениям сокамерников. Теперь попробуй докажи, что синяки и ссадины на его лице – результат жестокой пытки.

На следующий день появились адвокаты, представители прессы. Никита сделал заявление – его пытали, силой выбивали из него показания.