Брат, стреляй первым!

И пацанам, с которыми он сейчас едет отдыхать. Витал, Чаус, Гиря, Вован. Он такой же, как и они. Те же фирменные спортивные брюки на нем, кожаная майка-безрукавка, кроссовки, массивная серебряная цепь на мощной шее и стрижка «ежик».

Бандит он. Да, бандит. Ну и что?.. Зато он кому-то нужен.

Сначала заехали в какое-то кафе, к какому-то армянину. Никита даже со злорадством наблюдал за тем, с какой бесцеремонностью Вован снимает с мангала гирлянды шашлыков, укладывает их на блюдо, забирает с собой. Хозяин кафе не возражал.

Напротив, он был рад угодить дорогому гостю. Что ни говори, а бандиты – хозяева жизни. Все перед ними пресмыкаются.

И Чугунов будет пресмыкаться. Перед Никитой. И квартиру ему отдаст. И врачи будут внимать каждому его слову. Врачи, которым он скоро сдаст на поруки своих предков. Врачи-наркологи. И только пусть попробуют не вылечить отца и мать...

В отличие от спортзала с его роскошным бассейном сауна не произвела на Никиту впечатления. Все старое, несвежее, кафель в моечном помещении потрескавшийся, дерево в парилке потемнело от времени.

И в закусочном зале шаткий засаленный стол, лавки некрашеные. Зато водки и закуски выставлено предостаточно.

– Наши пенаты, – с гордостью заявил Витал. – Хреновато здесь, конечно, но зато все только для нашей «пятерки». Никому, кроме нас, места тут нет. Кстати, я тут уже с бригадой одной договорился. Трудяги здесь на днях будут. Штукатуры, маляры. В порядок все тут приведут... Пойдем, покажу...

В сауне были еще три крошечные комнаты.

Такие же серые, неприглядные. В каждой самодельный дощатый стеллаж, матрацы, чистое белье.

– Номера, понял! – Витала распирало от гордости. Он даже запел: – «И девочек наших ведут в номера...»... Выбирай любой, где тебе лучше девку драть...

– Да их везде хорошо драть. Лишь бы они были...

– И то верно...

За столом пацаны шутили, смеялись, подначивали друг друга. В общем, как сказал Чаус, настроение было зашибись. В этой компании Никита не чувствовал себя чужим.

Он свой, свой... Лишь иногда нет-нет да мелькнет мысль, что не в ту сторону его несет...

А потом появились девочки. Молоденькие, свежие. Одна даже красивая. Ее забрал себе Витал. А Никите досталась поскромней. Ее звали Маша.

– Маша с «Уралмаша», – представилась она.

И, оказалось, не каламбура ради сказала так. Она на самом деле приехала в Москву с Урала. Трудиться приехала. Передок свой в эксплуатацию за плату сдавать...