Горящий тур

Венера мчалась на нем с упоением до конечной станции.

– Да иди ты! – на всякий случай бросил Данила.

Вдруг Шурик отреагирует, остановится, рази-нет на него пасть. Но тот как будто и не заметил. Зато Рита фыркнула и пренебрежительно глянула на него.

Данила озадаченно поскреб затылок. Нехорошо вышло. Но, с другой стороны, все просто замечательно. Маша хочет отсюда уехать, а Степа надул свой парус в другую гавань. Можно брать ее тепленькую и увозить отсюда куда-нибудь на соседнюю базу отдыха. Но лучше в элитный отель, в Сочи.

Он повернулся к дому и увидел Машу. Она стояла на балконе и смотрела на него с грустной насмешкой. Грусть у нее вызывал Степа, а насмешку – Данила. Она все видела, понимала и в душе смеялась над ним. Да и над собой тоже. Потому что ее тоже бросили.

Данила рванул к дому, поднялся на второй этаж. Можно было зайти в номер к Степе, но он выбрал свой.

Маша все так же стояла на балконе и смотрела, как Степа заходит в море. Девушки уже стояли по колено в воде, он обращался к ним, а они поглядывали на него.

– Нам разрешили остаться, – сказал Данила, глянув на дом, куда увели Венеру.

– Кто? – Маша посмотрела на него уныло, без всякого интереса.

– Это неважно. – Данила продолжал смотреть вслед Венере. – Как и то, что можно остаться.

– Почему неважно?

– Да потому, что здесь нечего делать.

– Я про то, что Венеру увели.

Маша смотрела на Степу, который уже обнимал брюнетку и что-то шептал ей на ухо. Та улыбалась, очарованная мужским нахальством, смотрела на него как на чокнутого, но с восторгом.

– Я же говорю, это неважно.

– А что важно? – спросила Маша и грустно вздохнула.

Кажется, она поняла, что осталась за бортом.

– То, что тебя увели.

– Меня?

– Мы же соседи. Я познакомиться с тобой хотел.

– Когда хотел? – равнодушно спросила она.

– Еще до Степы.

– Почему не познакомился?

– Да как-то не решался.

Маша повернулась и посмотрела ему прямо в глаза. Данила затаил дыхание в предвкушении чуда. На шею она ему, конечно, не бросится, но тайну откроет. Скажет, что она ждала, когда он подойдет к ней там, во дворе их дома.

– Ты трус? – спросила Маша спокойно, без всякого внутреннего ожесточения.

В ней вроде бы не было желания обидеть его, но Даниле стало не по себе. Как будто весь мир мехом внутрь вывернулся.

– Выходит, что да, – ответил он.