Гроза из поднебесья

И около нее лежат два истерзанных тела. Казбек Сихурашвили и его жена Стелла. Картина страшная. У мужчины оторвана нога, все тело в крови. У женщины отсутствовала часть лица…

Артем отвел рукой голову спасенной им девочки. Эти страшные картины не для нее…

Мишка сидел на земле. С волос через все лицо стекает кровь, гимнастерка в пыли. Остановившийся, ничего не понимающий взгляд. В руке, которой он опирался на землю, пистолет.

Артем подошел к нему, подал руку, помог встать.

– Ничего не понимаю, – пробормотал Миша.

– Да все ты понимаешь. Только поверить не можешь… Там, кажется, народ собирают…

Несколько офицеров носились вдоль вагона и зазывали людей в военной форме. Артем тоже должен был встать в строй.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он у капитана.

Миша провел рукой по голове, на ладони осталась кровь.

– Кажись, осколком чиркнуло…

– Голова не кружится, не тошнит?

– Да вроде нет… Перевязаться надо. И в строй…

Девочке повезло. Ее мать осталась живой. Она забрала у Артема дочку.

Поблагодарила. На том они и расстались.

Вагон, в котором он ехал, уцелел. Можно было забрать вещи. Но Артем не собирался тащить за собой тяжелые баулы. Он взял только свой кожаный реглан, смену белья, туалетные принадлежности. И командирскую сумку не забыл. Пистолет всегда находился при нем.

Он помог Мише перевязать голову, и они вместе присоединились к сводному отряду из двух десятков военнослужащих всех родов и рангов. Согласно Уставу командовать такой группой должен был старший по званию.

В поезде ехал полковник артиллерии, но его убило пулей из танкового пулемета. Среди командного состава самым старшим остался подполковник медицинской службы. Но был еще представитель политического состава бригадный комиссар, что соответствовало воинскому званию «полковник». Он-то и взял командование отрядом.

Это был холеный и упитанный мужчина лет сорока. Надо отдать ему должное, держался он молодцом. И сразу принял решение идти в сторону Гродно.

Со стороны города, если прислушаться, можно было услышать взрывы артиллерийских снарядов. Там шел бой.

– А танки? – выкрикнул кто-то из строя. – Нас же обстреляли немецкие танки!

Артем тоже считал, что они уже находятся в тылу наступающих германских войск. Но замполит резонно заметил, что немецкие танки могли действовать в составе какой-нибудь моторизированной диверсионной группы, которая каким-то образом сумела проникнуть в тыл Гродненского укрепрайона.