Хорошие девочки не делают это

Атлет затащил Андрея во двор и кивком головы приказал Юре закрыть за собой калитку. А из дома выходил еще один такой детина в темно-синем костюме. Пиджак расстегнут, виден был пистолет в оперативной кобуре на поясе.

– Сэм, кто это у нас? – обращаясь к своему коллеге, таким же приглушенно-басовитым голосом спросил он.

Одна бровь у него была пышная, густая, а другая росла хлипкими клоками, мало того, была приподнята, придавая лицу удивленно-ироничное выражение. И бровь эта не опускалась, потому как была зафиксирована небольшим бесцветным шрамом.

– А это мы у них сейчас спросим… – Сэм с силой надавил Андрею на плечо и тряхнул его: – Ты слышал?

– Что слышал?

– Кто ты такой?

– Человек.

– Человек? – туго задумался Сэм. – И что?

– Во множественном числе. – Андрей взглядом показал на Юру, чем окончательно сбил Сэма с толку.

– А в каком падеже? – спросил второй атлет, приближаясь к Юре. Этот явно был поумней. И взгляд более осмысленный, и кое-какие познания в голове.

– В именительном.

– Ответ неверный, – покачал головой детина и вдруг ударил Андрея в живот, а когда тот согнулся пополам, ударил его по ногам, свалив на землю, и с ухмылкой произнес: – Просто падеж. Скота… Ты тоже человек? – резко глянул он на Юру.

– Э-э… Ну да.

– В каком времени?

– Э-э… В настоящем…

– Через минуту будет будущее, – снова усмехнулся амбал. – Но ты можешь остаться в прошлом. Навсегда. Соображаешь?

– Останешься соображать, – с важным видом кивнул Сэм.

– Да нет, соображать будет нечем…

Сэм наморщил переносицу, вопросительно глянул на своего собрата, но тот предпочел этого не заметить.

– Меня Дэн зовут, – сказал он и сжал кулак, давая понять, чем обернется для Юры неправильный ответ.

– Юра, – процедил он, и Дэн кивнул, засчитывая ответ.

Андрей уже поднялся, но парень на него не смотрел, он прикручивал взглядом Юру к забору.

– Что вы здесь делаете?

– Да просто шли. Смотрим – калитка открыта.

Из дома на крыльцо вышел холеного вида мужчина неопределенного возраста. Сытое лицо, полные лоснящиеся щеки, пока еще легкий намек на второй подбородок. Ему могло быть как тридцать, так и сорок лет. Этот был в джинсах и куртке из тончайшей кожи.

– Что они здесь делают? – начальственным тоном спросил он.

– Да калитка была открыта! – ответил ему Сэм.

– А мы мимо проходили, – закивал Андрей.

– И кто калитку открыл?

– Да не знаем.