Хорошие девочки не делают это

Где и уснул, не приходя в сознание…

На дисплее высветилось: «Лариса», но Андрей точно знал, что звонит теща. А вот фиг ей! Сначала пусть кольцо обручальное на палец наденет, тогда пусть звонит сколько хочет. И вообще, уже глубокая ночь, нормальные люди спят без задних ног и ни на какие звонки не отвечают.

Андрей долго возился, пытаясь засунуть смартфон в карман. Наконец поднял голову и увидел перед собой знакомое женское лицо.

– Ты живой? – спросил такой же знакомый голос.

– А-а! – обрадовался Андрей.

Ну конечно же, он узнал Женю. Да и как не узнать, если он из-за нее дрался. Кажется, сегодня. Или вчера?

– Тебе домой не пора?

Андрей оглянулся. Народу в клубе мало, на танцполе какая-то вялая парочка, и друзья куда-то подевались. Левка, зараза, спал на диване, Костик в соседней «луже» – сам вдрызг пьяный объясняет что-то едва живой от выпитого девушке. Женя тоже подшофе – глазки пьяно блестят, язык заплетается. Но на ногах держится вроде ничего. Она повернулась к Андрею спиной, ее тут же качнуло на развороте, но она довольно быстро выровнялась и пошла к выходу.

Андрей рванул за ней, но Женя не останавливалась. Он что-то ей говорил, она сухо кивала и продолжала идти. А он за ней – до самой гостиницы. И дальше все как по маслу, до самой постели. Правда, Женя раздеваться не торопилась.

– Во рту что-то сухо, – сказала она. – Выпьем? – И подала ему пустой стакан.

Он взял его, и она налила туда коньяка из початой бутылки.

– На брудершафт? – спросил Андрей.

– Я тебя и так поцелую, – лукаво улыбнулась Женя. – Если ты этого хочешь.

– Да я все отдам за твой поцелуй, – пьяно кивнул Андрей.

– Все-все?

– Все-все. И душу в придачу.

– Давай в придачу будет просто душ… Я сейчас!

Женя ушла, и Андрей зевнул во весь рот. В сон что-то клонит. Но спать он, конечно же, не будет. Просто полежит немного с открытыми глазами, пока Женя не выйдет из душа.

Он лег на бок, глаза закрылись сами собой. А Женя все не появлялась.

Глава 2

Солнечные лучи нагло лезли в глаза, щекотали ресницы, просвечивали веки. А еще кто-то дышал в лицо перегаром. Голова такая тяжелая, как большой камень на дне морском. Как тяжелый камень в ногах утопленника. Юра еще не открыл глаза, но уже вспомнил вчерашнюю ночь.