Идет охота на волков

Это был столь сокрушительный удар, что Семен бревном рухнул на пол.

– За что? – не в силах подняться, пробормотал он.

– Вот и вопросы появились, – хохотнул Синельников.

Он уже спрятал пистолет. Ни к чему было держать Семена под прицелом, когда был такой спец, как Косарев… Не хотел бы Семен, чтобы Макс достиг таких высот в рукопашном бою, как этот парень.

– Ты за это ответишь! – чуть не плача от обиды и бессилия, пробормотал Семен.

– Отвечать будешь ты, клоун! – засмеялся Косарев.

Он склонился над Семеном, ногой уперся в его спину, двумя руками обхватил голову.

– Я тебе сейчас шею сверну, хочешь?

– Не-ет!!!

– Тогда как на духу говори! Ходишь под Гурием?

– Да!

– Матроса знаешь?

– Да!

– Куда труп Джина спрятали?

– Что?

Косарев сумел внушить Семену, что сможет сломать ему шейные позвонки. От страха развязался какой-то узелок в мочевом пузыре, в штанах вдруг стало тепло. Но все же Семен догадался прикусить язык. Сказать ментам про Джина – значит подписать себе приговор.

Он покажет, где находится труп, его обвинят в убийстве, и тогда – зона. И никакой Колоб не подпишется под него, потому что предателей не спасают, а топят… А может, он даже до зоны не доживет. Тот же Гурий отправит к нему в камеру наемного убийцу…

– Джина куда спрятали, спрашиваю?

– Какого Джина?

– Считаю до двух! Раз!..

Семен почувствовал, с какой силой Косарев напряг руки. Сейчас он сделает роковое движение, и все…

– Кто такой Джин?

– Два!

Мент и правда крутанул голову встречным движением рук.

Но сделал он это не сильно, и Семен лишь потерял сознание.

Очнулся он на том же пыльном полу. От удара в живот. Это был Синельников. Он возвышался над ним.

– Ты чо, в натуре, не въезжаешь? – озлобленно спросил мент. И наставил на него ствол пистолета. – Я тебя сейчас реально убью!.. Куда труп Джина спрятали? Говори, падла!

Он снова ударил Семена в живот. Но вместе с болью к жертве пришло и прояснение. Менты так не разговаривают, как Синельников. «В натуре», «не въезжаешь»… И какое право им дано избивать подследственного? Да еще непонятно в каком месте…

– Не знаю никакого Джина… И Урия не знаю…

– Гурия!

– Тем более…

– Я тебе сейчас башку прострелю! Раз!.

.

– Я не знаю никакого Джина!

– Два!..

– Не знаю!

На счет «три» прозвучал холостой щелчок.

– Вставай, концерт окончен! Ну!

Парень спрятал пистолет, подал Семену руку, помог встать.

– Разыграли мы тебя, браток! – скованно улыбнулся он.