Картель

Ведь если бы кто-нибудь заступился за его дочь, когда Шухов затаскивал ее в свою машину, она была бы сейчас жива…

Василиса начала с алфавитного указателя улиц, просмотрела все, но так ничего и не вспомнила. И карту она рассматривала очень внимательно, но и это не помогло. Про Женю она тоже ничего не вспомнила. Но Севастьян не унывал. Лед в ее голове тронулся, значит, рано или поздно воспоминания вернутся.

Глава 4

На этот раз все в порядке – и апельсины в пакете, и шоколад, и йогурты. И Василиса смотрела на Севастьяна не просто, как на следователя, чувствовала заботу с его стороны, поэтому в ее взгляде сквозила благодарность.

– Меня сегодня выписывают, – сказала она.

– Как это выписывают? – удивился Севастьян.

Он запретил заведующему отделением выписывать пациентку без его разрешения, но ведь у того свои начальники.

– Елена Матвеевна сказала, что не выпишут, – вздохнула Василиса. – А Олег Антонович говорит, что меня в приемник-распределитель отправить надо.

– Я его сам туда отправлю, – покачал головой Севастьян.

– Вы не нашли моих родителей?

– Нет. А ты ничего не вспомнила?

Василиса с сожалением развела руками и вздохнула, печально закатив глаза.

Севастьян держал руку на пульсе событий, но девушку, похожую на Василису, в розыск не подавали. Он и сам разослал ориентировки на нее, но пока все без толку. И память к ней не возвращалась. Третьего дня вспыхнула какая-то искорка в ее сознании, но так и не разгорелась.

– Завтра суббота, может, завтра по Москве прокатимся? – предложил он.

– А если меня в приемник-распределитель отправят?

– Не отправят. Во-первых, должно быть решение суда. А во-вторых… – Севастьян запнулся и замолчал.

– Что во-вторых? – с надеждой посмотрела на него Василиса.

– Ну, ты могла бы пожить у меня… – неуверенно проговорил он.

Сама по себе идея хорошая, но его могут не понять. Как ни крути, а Василиса – малолетняя и симпатичная девушка, а он – взрослый мужик. А педофилов сейчас развелось столько, что запросто можно попасть под подозрение.

– Правда? – просияла она.

– Ну, не знаю…

– Что, жена не разрешит? – загрустила Василиса.

– Я не женат. В том-то и дело, что не женат. И живу один. А ты не совсем взрослая…

– Почему? Мне уже шестнадцать лет!

– Откуда ты знаешь, что шестнадцать лет? – вскинулся Севастьян.

– Откуда я знаю? – Она задумчиво приложила палец к переносице. – Не знаю… Но знаю, что мне шестнадцать лет.