Катя, жена бандитская

Ты точно идиот!..

Марат достал из кармана кусок ватмана с круглым вырезом в нем, развернул, надел на шею жертвы, поднял концы.

– Что ты делаешь? – проскулил Радьков.

– Мерку снимаю. На твою голову. Чтобы знать, сколько эпоксидки брать. Срубим тебе голову, зальем смолой, сделаем шар и будем по дорожке катать, пока каждый по три страйка не снимет…

– Не надо мне голову рубить! – смертельно побледнел Радьков. – У меня сейчас нет денег.

– Тогда ты этот клуб нам отдашь, – гоготнул Марат.

– Но я не могу его отдать, он как бы не совсем мой…

– А чей?

– Ну, я же говорю, «крыша» у меня.

Мы в равных долях…

В дверь вдруг ударили ногой, она отворилась, и в кабинет ввалился двухметрового роста бугай с грубо отесанным лицом. С ним вошли еще двое, такой же угрожающей внешности.

– Вот, я вам говорил… – Радьков смотрел на своих покровителей без особой радости.

Похоже, мужик оказался меж двух огней. С одной стороны Рауль со своей братвой, с другой – непонятно кто, но такой же страшный.

– Твоя «крыша»? – рассматривая бугая, спросил Марат.

– А ты кто такой? – смерил его тот злобным взглядом.

– Да мы-то от Рауля, за своим пришли. А кто ты такой, нам, в общем-то, все равно.

– Ореховские мы, – с гордостью проговорил бугай.

– Какие ореховские? – скривился Марат. – Чья бригада, Витохи?

Тот отрицательно качнул головой.

– Может, вы от Оси?

– Мы сами по себе.

Ярослав усмехнулся, глядя на мордоворота. Видно, братва решила присвоить себе чужую славу. Не так давно ореховские гремели на всю Москву, Сильвестр мочил чеченов только в путь.

Славные были времена. А потом пошли расстрелы… В девяносто четвертом грохнули самого Сильвестра, в девяносто пятом полегли ореховские авторитеты: Пятин, Максимов, Гаврилин, Клещенко, Котенев, Гущин… В девяносто шестом печальный список пополнился еще массой известных имен… В общем, от былого величия остались разрозненные тени. Бригада Витохи еще на плаву, Ося со своими бойцами дает о себе знать – с кунцевскими воюет, с сокольническими. Только за один месяц в войне с измайловскими Ося со своей братвой завалил кучу вражеских бойцов. И сам потом погиб. Похоронили его, но, говорят, фуфло все это. Живой он…

– Ну и кто ты такой, сам по себе? – фыркнул Марат.

– Терем я.

– Не слышал я про тебя, Терем. И не видел. А я ореховских всех знаю.

– Всех ты знать не можешь. А если не знаешь, то лучше молчи, – не меняясь в лице, спокойно парировал Терем. – И от человека отстань. Если проблемы не нужны.