К морю за бандитский счет

И вообще, я – пас! Я сваливаю!

– Куда сваливаешь?

– Не хочу больше… Домой поеду, к родителям…

– Кеша где? – спросил Савелий.

– Ну, там, где был.

– Отвезешь?

Сеня закивал. Он готов был на любую подлость, лишь бы его не убивали.

Бах!.. Бах!.. Выстрел из «травмата» мало чем отличается от боевого – тот же грохот, та же отдача. Убойная сила не та, но для консервных банок и «пневматики» хватит.

Бах!.. Бах!.. Кеша любил стрелять. И любил, и умел. Банки падали со скамейки одна за другой.

Бах!.. Бах!.. Но соседи, как назло, не возникают, движущихся мишеней нет. Впрочем, у Кеши была другая возможность усложнить задачу.

Бах!.. Он остановился, приложился к бутылке, сделал несколько глотков. Язык у него уже заплетается, перед глазами двоится, но это не мешает ему вести прицельный огонь. Мастерство, как говорится, не пропьешь.

– Может, лучше закинуться? – сквозь звон в ушах донесся голос Гоши.

– Не лучше, – мотнул головой Кеша.

– А это? – Гоша щелкнул пальцами по бутылке.

– С завтрашнего дня – ни капли в рот, ни грамма в нос…

– Ни грамма?

– Ни грамма, – кивнул Кеша.

– Но с завтрашнего дня.

– А сегодня можно?

– Будет весело… А если пацаны еще и нашу телочку привезут…

– Сегодня нет. Сегодня только узнать…

– Узнают. Я позвоню, они съездят и привезут.

– Я сейчас не в формате.

– Не сможешь трахнуть? – засмеялся Гоша.

– Ну, ты баран… За телочкой быки подъедут. И к нам рванут. А мы их примем и всех – в расход!

– Я тебя не понимаю.

– Потому что обдолбился, как последний дятел…

Кеша и сам туго соображал. И на ногах держался шатко. Но все же он в теме и стреляет отлично. Сейчас еще вмажет, и рука останется такой же твердой. И тупому Гоше он сможет объяснить суть своего плана. А если Гоша не поймет, поставит ему на голову консервную банку и сделает скипидарную клизму.

Кеша припал к горлу, выпил все, что было в бутылке, и усмехнулся. Нет, он поставит Гоше на голову бутылку. Если, конечно, тот снова ничего не поймет.

– Слушай сюда, баран!

Кеша повернулся к Гоше, но почему-то увидел того самого чернявого парня, который уже кошмарил его сегодня. А Гоша почему-то лежал под ногами у его дружка.

– Мне можешь не объяснять, я все понял.