Кондуктор, нажми на тормоза

– Я знаю, что любишь… Почему так, а? Почему с Борькой «да», почему с Артемом «да», почему «да» с мужем, а с тобой «нет»? Это же несправедливо, как ты думаешь?

– Нет… – Радик сглотнул слюну, чтобы смочить пересохшее от волнения горло.

– А что там за Марина? У тебя с ней что-нибудь было?..

– Нет…

– А с кем-нибудь?

– Ну-у…

– Значит, не было… Ничего, мы это исправим… Так будет справедливо…

Юля говорила, а сама раздевала его. На пол полетела куртка «хэбэ», синяя казенная майка… А он был так шокирован происходящим, что даже не догадался распоясать ее халат.

Она сняла его сама. Шелковая ткань с легким шорохом стекла на пол, и Юля предстала пред ним во всей своей нагой красе…

Дальше все происходило, как в каком-то фантастическом сне. Она толкнула его на кровать, расстегнула его брюки, сама стащила их…

Радик никогда еще не был с женщиной. Все знания о происходящем с ним таинстве сводились к теоретическому минимуму. Он знал, что нужно делать дальше, но в какой-то момент его накрыла расхолаживающе-скромная мысль.

«…Не надо орден… согласен на медаль…» …Для полноты ощущений хватало просто держать в объятиях обнаженное женское тело. Все бы ничего, но эта мысль сбила накал страстей и уронила планку желания. В тот же момент Юля коснулась этой «планки» рукой.

– Какой он у тебя махонький…

Никогда Радик не чувствовал себя так униженно. Сгорая со стыда, он вскочил с постели. Юля схватила его за руку, но удержать не смогла – словно на буксире потянулась за ним. Обняла его сзади, крепко прижалась грудью к спине.

– Это ничего, с первого раза у всех так, – успокаивающе прошептала она.

Она сняла покрывало с постели, откинула одеяло.

– Ложись. Я сейчас…

Радик пожал плечами и лег… Может, и в самом деле в первый раз так случается. Но у него совсем не крохотный. В спокойном состоянии да, а так – не-ет. И Юля должна была в этом убедиться. Пусть сравнивает… И сразу стало легче дышать. Правильно говорил Артем, что Юля лебядь. Да и она сама это не скрывает. И с этим, и с тем.

Все знает, все умеет… Этому дала, и он свое возьмет. Без любви, без душевного трепета. Жестко, властно, по-мужски… А какая может быть любовь к бабе, которая дает всем?..

Юля вернулась с бутылкой коньяка. Сама сделала несколько глубоких глотков, остальное выпил Радик. Она вытащила из тумбочки баночку с каким-то кремом, зачерпнула его пальчиками и нанесла на проблемное место… За такой массаж не жаль было отдать полжизни. И «медали» вдруг стало мало.