Контрольная обойма

Может, заплатила хорошо, может, в придачу к этому еще и пообещала что-то горяченькое, так или иначе парень пошел у нее на поводу. И вчера в поселок Привольный он прибыл с определенной целью – задержать Дашу. А ведь мог справки о ней навести… Идиот, одним словом.

– Ну что, Петр Евгеньевич, будем Окулеву задерживать? – двумя руками опираясь о стол, спросил Степан. Он буквально нависал над Болдаревым.

– А есть основание?

– У тебя есть лучшее оперативное обеспечение, значит, будут и основания.

Уже есть. Пальчики Окулевой на конверте и на банкнотах, вложенных в него. Назвать номер аптеки, в которой она в пятницу на прошлой неделе покупала лидокаин?

– А пальчики Извариной на конверте есть?

– Нет ее пальчиков, чистая она. А Окулева под большим подозрением.

– Есть заключение экспертизы?

– Готовится, завтра будет у меня на столе. Сразу же передам вам, Петр Евгеньевич!

– Ну, покупала Окулева лидокаин, и что?

– Действительно, ну, взяла тебя за яйца, Петя, что здесь такого?.

. Ну, если не считать, что начнутся проблемы по службе.

– Никто ничего не брал, – покривился следователь.

– Хочешь, чтобы я тебе поверил? Ну так докажи, что твои яйца принадлежат только тебе. Ну и закону! – усмехнулся Круча.

– Ну, хорошо, – Болдарев вздохнул как девочка перед тем, как заплакать от обиды.

К дому Окулевых подъезжали уже в темноте. Улица – сплошной недострой, но фонари установлены, все горят. Сафрон постарался. Степан не исключал встречи с бандитами, поэтому прихватил с собой Комова и Кулика.

Калитку открыл холеный мужчина лет тридцати, черное полупальто на нем, костюм с галстуком, туфли отливают лаком, за спиной виднелся «Мерседес» представительского класса. Парень крепкого телосложения поливал его из шланга. Похоже, хозяин совсем недавно вернулся домой, его водитель занялся машиной, пришлось самому открывать калитку.

– Филипп Дмитриевич? – раскрыв удостоверение, спросил Степан.

Если перед ним стоял его соперник в делах сердечных, то дела сердечные у капитана не очень.

Не молодой, но и совсем не старый, седина даже не тронула черные густые волосы. Располагающей внешности, правильные черты лица, не жесткие, но и не мягкие. Высокий, статный, породистый. И богатый.

– А в чем, собственно, дело?

– Следователь Болдарев! – кивком указав на своего спутника, сказал Степан.

– Да-да, слышал.

– Супруга ваша дома?

– У нее болит голова.