Красивый умирает первым

А сами вы об этом в камере не говорите, братва смеяться будет.

– Это не женщина, а старший лейтенант полиции, – Коновалов провел взглядом по полу.

– Можете рассказать, как Марина вас пытала. А если скажете про нее что-то плохое…

Разговор не записывался, но Артем все равно не стал угрожать на словах. Он надавил на Коновалова взглядом, вкладывая в него все свое непримиримое отношение к человеческой подлости, а также обращая внимание на свои возможности. Если он задастся целью, жизнь Коновалова превратится в ад.

Так что не стоит будить лихо. И очень хорошо, что Коновалов это понимал.

– Да не скажу я ничего…

– А то, что вы стреляли в нашего сотрудника… С учетом того, что застрелили своего зятя… Организация убийства Кручинина… Мстить мы вам не будем, но свой пожизненный срок вы заработали.

Прыгалеву повезло, берцовая кость всего лишь дала трещину, помощь уже оказали, гипс наложили, осложнений быть не должно.

– Пожизненный?! – от чрезмерного волнения Коновалов дал петуха.

– И тут я вам ничем не могу помочь.

– А если я дам показания? Скажу, кто Кручинина заказал?

– Обещать ничего не могу.

– Вы думаете, что я и раньше заказными занимался?

– Мы все выясним.

– Да не занимался я. Ну, ангелом не был, грехи молодости и все такое… Но я же отсидел! Восемь лет за рубь шестьдесят два… А когда вышел, работы нигде нет, мы со Степой по шабашкам… А там разве много заработаешь?

– А Сухобоков предложил много?

– Ну, не много, но предложил.

– Подробно мне все изложишь, – поднимаясь из-за стола, сказал Артем и кивком показал на чистый лист бумаги.

 – И чистосердечно. А я подумаю, вдруг смогу тебе помочь?

Открывая дверь, Малахов почему-то подумал о Егоре, воспитанием которого занимался сегодня утром. Надо было бы пожестче поговорить с парнем, чтобы он не превратился в такую же скотину, как Коновалов. Чтобы взялся за ум, пока не поздно.

* * *

Дел невпроворот, проблем полный рот, а в голову ничего не лезет. Станок сломался, один рабочий заболел, другой в запое, сырье не подвезли.

Производство, считай, остановилось, надо было как-то решать проблему, а Олег думал о том, что нужно выпить. И не для отвода глаз, а по велению души.

На столе зазвонил телефон, номер абонента не высветился, но чутье подсказало, кто это.

– Да!

– Ты где? – Это действительно был голос Веригина.

– На работе. А что?

– И как работа?

– Да нормально.

– Как жена, как дети? Жалоб нет?

– Все хорошо, – подавленно пробормотал Сухобоков.