Круче, чем оружие

– Ну что там?

– Он – наш, – с барской небрежностью обронил Сафрон.

– В смысле, наш?

– Если вдруг что, прикроет… А мы найдем того, кто Кокошу «завалил».

– Да?

– Это в наших интересах… Менты думают, что это мы, а нам это надо?

– Нет.

– Вот и я думаю, что пора за дело браться! – взбадривая себя, сказал Сафрон. Хватит чувствовать себя лохом, когда можно стать королем.

– Убийцу искать? – спросил Гонщик.

– Барахолку под себя отжимать!

– Ты это серьезно?

– Давай, брат, поднимай братву! Нас ждут великие дела! – расправляя плечи, прогрохотал Сафрон.

Менты лишь слегка его зацепили, а Скату досталось конкретно. Он сейчас наверняка затихарился, нос в землю зарыл. Почему бы этим не воспользоваться?

Глава 4

– Ты зачем в качалку ходил? – спросил майор Горлов у Степана.

– Поговорить.

– Там же сплошь хулиганье…

– Хулиганье?!

– А ты не знал?

– Да нет, это не хулиганье…

Это бандиты. Самые натуральные бандиты.

– Ну, насчет пистолета ты был прав. – Горлов смахнул со стола лист и бросил перед собой.

– Есть у них пистолеты… И пистолеты, и планы.

– А как же здоровый образ жизни? – усмехнулся Игорь Афанасьевич.

– Да нет, анашу они не курят… Планы у них на Битово. Рынок уже рэкетируют.

– Рэкет. Детская болезнь капитализма, – скривился Горлов.

– Эту болезнь лечить надо.

– А лекарства?.. Вон в Москве что происходит, стреляют, взрывают…

– У нас то же самое назревает.

– Докажи, что Кокошина убил Скатов, мы его задержим и посадим.

– Хорошо бы.

– Плохо то, что ситуацию до такого безобразия довели. Обидно. Сами ведь страну развалили.

– Ну, не сами…

– А когда шестую статью отменили… Партбилеты раздали, ручкой помахали. Здрасте, приехали! Хоть бы кто возмутился! Все радовались! Как же, членские взносы платить не надо!.. А путч в августе? Хоть бы кто поднялся! Страна развалилась, а никому и дела нет…

– А кто нас спрашивал?

– Еще спросят… Время спросит… Ты вот говоришь, бандиты, рэкет.

Степан не успел ничего ответить. Открылась дверь, и в кабинет вошел начальник РОВД.

– Массовая драка у нас на Пролетарской! – сказал подполковник Кузовиков. – Все – на выезд!

Он повернул назад так же быстро, как и вошел. Стремительный, энергичный, подтянутый. Недавно ему исполнилось сорок пять, на пенсию уже пора, но уставшим от службы он не выглядел. И рвение у него как у молодого.