Круче не бывает

А тут убийца с ножом… Сошников даже защищаться не стал, как стоял к нему спиной, так смерть и принял…

– Так, примерную картину мы уже имеем. Хотелось бы знать, что там, в могиле, было, из-за чего сыр-бор вышел. – Полковник Круча с глубокомысленным видом поскреб пальцами по голове Феликса Эдмундовича, чья статуэтка стояла у него на столе. Как будто у Дзержинского имелся ответ на этот вопрос, и его можно было вытянуть из бронзовой головы.

– Наверняка что-то ценное. Сошников знал о тайнике, он привел к нему человека, который, в конечном итоге, его и убил…

– А может, Сошников был всего лишь инструментом для выполнения работы? Его привели на кладбище, показали место, где копать, а когда он вскрыл тайник, его убили…

– Я думаю, о тайнике знал он, а не кто-то другой, – покачал головой Романов.

Он вынул из кармана флеш-капсулу и положил ее возле ноутбука, что стоял у полковника Кручи на столе.

– Что это?

– Фотографии из морга. У Сошникова татуировки были не только на пальце.

Круча вывел на экран изображение мертвого человека, выложенного на нержавеющий анатомический стол. Камера запечатлела покойника сверху, крупным планом выхватив лицо со следами физического насилия на нем – синяк под глазом, разбитая и потому припухшая губа.

– Так, вижу, что его били, – кивнул Круча.

Несимпатичное у мужчины лицо, черты лица крупные, размытые, нос картошкой, верхняя губа тонкая и одного цвета с посиневшей кожей – если бы не припухлость из-за удара, ее просто не было бы видно.

Покойник лежал на столе без одежды, и Круча смог рассмотреть синяк на животе в районе солнечного сплетения. Но внимание привлекали не только побои. На теле у потерпевшего хорошо просматривались татуировки не очень качественного, явно кустарного исполнения. На правой половине груди был выколот стол с длинными передними и короткими задними ножками, на нем, как на постаменте, стоял танк «Т-34» с приподнятой пушкой, на левой – целая картина.

Могильный холм, с одной его стороны возвышался ангел с опущенными крыльями, с другой – крест, на поперечине которого стоял олимпийский Мишка с пятью кольцами на поясе; лапа у него была горизонтально вытянута, а на ней сидел сокол с расправленными крыльями.

– Что это за каламбур такой?

За всю свою службу полковнику Круче не приходилось видеть таких татуировок на зэковских телах. Ангелы с крыльями, кресты, могильные холмы – это сколько угодно.