Любовница авторитета

Жизнь сама подсчитает… Кстати, неплохой для вас выход… Даже не знаю, что делать. Может, дать вам возможность договориться с Эдиком?

– Уровень вашего бреда зашкаливает, – ехидно усмехнулась Альбина.

И мельком глянула на закрытую дверь. Похоже, она ждала спасения извне.

– Ну, хорошо, пойдем послушаем, что говорит Эдик.

Максим взял Батыгину под локоток, подвел к шкафу. Как перемещаться из одного помещения в другое, она знала лучше него.

Артачиться женщина не стала: ей и самой интересно было увидеть и услышать Стужина.

Одинцов провел ее в квартиру, закрыл за собой створки шкафа, задвинул заднюю панель и дверь, чтобы никто не вышел в квартиру по его следу.

– Как это лучше назвать, квартира отдыха или гнездо порока? – с иронией спросил он.

– Да, я здесь отдыхаю в свободное от работы время…

Альбина прошла из гостиной в просторную прихожую, заглянула в спальню, открыла дверь в комнату, оборудованную под тренажерный зал.

– А где Эдик?

– Так его и не должно быть здесь. Или вы отдыхаете с ним? – усмехнулся Максим.

– Хватит меня терроризировать! – взглядом выстрелила Альбина.

– Я думаю, Глебу Евгеньевичу не понравится эта ваша квартира отдыха. Особенно если он узнает, с кем вы здесь отдыхаете… А вдруг не узнает? Вдруг Стужин захочет взять вину на себя? Он сейчас во дворе, в машине, еще не поздно поговорить с ним…

На самом деле Максим не собирался помогать Батыгиной. Если она виновата в покушении на своего мужа, пусть отвечает по всей строгости закона. Намекая на содействие, он пытался играть на низменных инстинктах человека.

А в Батыгиной была гнильца, и совсем не жаль, если она поскользнется на ней.

– Нечего ему брать на себя. Не трогал он моего мужа!

Альбина не велась на приманку, но всему свое время.

– Вы уверены, что то же самое он говорит майору Бартеньеву?

– Так, а почему мы здесь? Я хочу отсюда уйти! – Батыгина повернула обратно к шкафу, но Максим взял ее за руку.

– Может, не будем торопиться? Поспешишь – людей насмешишь! Но я думаю, вашему мужу будет не до смеха, если он узнает об этом вашем гнездышке.

А он узнает, если вы не побережетесь… Или вам все равно?

– Да нет, не все равно, – заинтригованно посмотрела на него Батыгина.

Она высвободила руку, зашла на кухню, но тут же повернула назад. И Максим понял, почему. Стул там перевернутый лежит, осколки от бутылки, пустая упаковка от бинта. Здесь ударили Мазурова, здесь ему и первую помощь оказали – возможно, после того, как связали.