Лучшая подруга

Тем более мужчина банально старше, можно даже сказать, в отцы годится.

Они сели за столик, но официант не торопился подходить к ним.

– Я наводил о вас справки, молодой человек, – внимательно глядя на Глеба, сказал Некрасов.

– И что?

Глебу понадобилось усилие над собой, чтобы скрыть волнение.

После увольнения в запас он попал в плохую компанию. Гена Вихров сначала спаивал его, затем втянул в карточную игру, оставив в дураках. И Глеб попал в долговую кабалу, затем в уголовную. Гена, как оказалось, состоял в команде наемных убийц, из Глеба собирались сделать самого настоящего киллера.

Первое время, отрабатывая долг, он «подносил снаряды» – подготавливал исполнителя к выстрелу, обеспечивал безопасный отход. А когда он втянулся, его нацелили на более серьезное дело. Он должен был убить человека, который теперь являлся к нему во сне.

Кириллова должен был убить он, Гена контролировал это дело. Но Глеб выстрелить не смог. Это сделал за него Вихров. Глеб видел, как умирала жертва, это страшное впечатление до сих пор с ним.

А Гена ему не снится. Хотя Глеб его убил. Понял, что Гена собирается его зачистить как безнадежного, и принял меры. Расправился он и с его командой. Их было немного, всего трое, и никто даже не успел схватиться за оружие. А они уже решили, что Глеб не умеет убивать…

А он убивал. Он совершил самое настоящее преступление, за которое полагался пожизненный срок. Киллеров не жаль, но, как ни крути, на руках у него кровь их жертв. Сам он не убивал, но помогал наводить оружие на цель… Неужели Некрасов смог узнать обо всем этом?

– Из армии вас уволили по несоблюдению условий контракта.

– Это было несправедливо.

– Может быть. Потом вы почти год где-то пропадали.

Некрасов не сводил с него глаз. Он хотел видеть его насквозь. Как-никак, родную дочь собирался ему поручить.

– Путешествовал по стране. А что?

– Ничего.

– Вспомнил, что за мной два курса института, восстановился. Я еще молодой, у меня все впереди.

– Да, конечно.

– Если вас что-то не устраивает, я не напрашиваюсь, – усмехнулся Глеб.

В конце концов, он свои услуги не предлагал.

– Я не знаю, устраиваете вы меня или нет. Мне нужно подумать, – с сомнением проговорил Некрасов.

– Не надо думать. И работать я у вас не буду… А Зою в обиду не дам. Если вдруг что, подставлю плечо…

– Если захотите, если будет настроение.

– И рядом с ней я буду далеко не всегда, – качнул головой Глеб. – Но ничего другого я вам предложить не могу. Извините.