Между черным и белым

Матвей шел напролом. В холле на втором этаже тоже лежал человек и даже не шевелился. На груди у него расплывалось кровавое пятно. Третий труп валялся на террасе, а Матвей был уже у ворот. Он потрогал калитку и повернул назад.

На улице стояла холодная майская ночь, а Василиса была в одной ночной рубашке. Впрочем, замерзнуть она не боялась. Куда страшней получить пулю.

В руке у покойника Василиса увидела пистолет и попыталась его отобрать, но тот держал оружие мертвой хваткой. Василиса с силой потянула ствол на себя раз, другой.

На третий тело дернулось, по руке прошел нервный импульс. Василиса испуганно отскочила. Вдруг покойник ожил?

Но тело лежало неподвижно. Пистолет оказался на полу.

Василиса схватила его, оглянулась, но Матвея не увидела. Он обходил дом, а она должна была осмотреть его изнутри. Вдруг где-то притаился бандит?

Василиса помнила, как шла убивать Рубахова. Тогда она заходила в дом с пистолетом в руке, но этот подонок уже караулил ее, подкрался сзади, схватил. Сейчас девушка тоже могла оказаться в ловушке.

Страх перед смертью, как ни странно, придал Василисе спокойствия. Она обошла дом, заглянула в каждую комнату, никого не увидела. А Матвей все не появлялся.

Василиса вышла во двор, обогнула дом, но Матвей как сквозь землю провалился. Она осмотрела весь двор, заглянула в баню, за беседку, вернулась к дому.

Только тогда со стороны ворот появился Матвей. В одной футболке и семейных трусах, босой, в руке пистолет, но в глазах ни грамма смущения.

А ведь он на улицу выходил, мог попасться на глаза соседям, а то и нарваться на пулю. Василиса с содроганием подумала об этом.

– Ты чего раздетая? – спросил он, обнимая ее за плечи.

– А сам?

– Теперь можно и одеться. Что это у тебя? – Он перевел взгляд с пистолета в ее руке на покойника.

– Он сам мне его отдал, – сказала она и натянуто улыбнулась.

– Еще раз, – глядя ей в глаза, проговорил Матвей.

– Что еще раз?

– Улыбнись. Ничего страшного не произошло. Мы живы.

А бандитов больше нет. Жаль.

– Что жаль?

– Я думал одного живым взять. А в машине никого не оказалось. – Он кивком показал за ворота.

– В машине?

– С курскими номерами.

– Шумаков?

– Ты еще не замерзла?

Они зашли в дом, и Матвей прижал Василису к себе. Она должна была согреться, но ее затрясло от озноба.

– Страшно? – спросил он.

– Нет, – отстучала она зубами.

– Вдохни глубоко и медленно выдохни. Давай за дело! Вдруг милиция подъедет.