Мой неверный однолюб

 – Но уже без куртки.

– Что такое закон относительности? – улыбнулся он. – Я вроде бы сижу, а на самом деле бегаю за тобой.

Катя вздохнула. Аркаша парень сообразительный, но уж лучше бы он тренировал свои умственные способности «тихо сам с собою».

– А почему ты с концерта ушла? – спросил он.

– Угадай.

У Кати не было никакого желания говорить, поэтому пусть Аркаша сам ответит за нее.

– Аппаратура у них просто ужасная!.. А играют как?

– Как?

– Э-э… – Аркаша задумался в поисках умного ответа. Сам он играл на скрипке, даже собирался поступать в консерваторию, а потому мог жонглировать музыкальными терминами.

 – Да никак!

Катя улыбнулась. Коротко и ясно.

– Я бы, конечно, мог им подсказать…

– Так в чем же дело? – усмехнулась она.

– Ну-у… – Аркаша пальцем поправил очки на переносице.

Ответить ему на его доброту могли грубо или очень грубо – выбор, в общем-то, невелик. Но ведь он сам в этом виноват. Каши надо было много есть, чтобы вырасти, спортом заниматься, мышцы качать.

И очки… Есть же специальные методики для тренировки глаз, которые восстанавливают зрение.

– Не лезь ты к ним, – качнула она головой. – У них своя жизнь, а у тебя своя… скрипка.

– Да я не лезу, – пожал плечами Аркаша.

Катя пристально посмотрела на него, но промолчала. А так и подмывало сказать, чтобы он отстал и от нее.

– Там ни слуха, ни аппаратуры, – сказал он.

– Нормально у них там со слухом, – усмехнулась она.

– Да? – Аркаша внимательно посмотрел на нее.

– Просто на Маслова смотреть не могу.

– Почему?

– Потому что влюбилась.

Аркаша медленно поднялся, потрясенно глядя на нее. И непонятно, то ли обрадовался он, то ли разозлился. Вдруг Катя влюбилась не в Маслова, а в него самого.

– Смотреть на него не могу, так влюбилась.

Не должна была Катя так говорить, но Аркаша просто достал ее своей любовью. Может, решит, что шансов у него нет, и отстанет?.. А в Маслова действительно можно влюбиться. И если вдруг Аркаша сболтнет, Катя краснеть за свой выбор не будет.

Вот если все узнают, что у нее роман с Аркашей… Но этого не будет никогда.

– В кого влюбилась?

– Ну не в тебя же.

– Нет? – Это был самый настоящий крик души.

– Свободен!

Катя поднялась и направилась в актовый зал. Уж лучше страдания Паши Маслова слушать, чем давать объяснения безнадежному Аркаше.

* * *

Концерт провалился с треском. С тем самым треском, с которым грохотали настолько же мощные, насколько и убогие колонки.