Корысть на пьедестале

Он поставил бокал на столик, отрыгнул в кулак, вытер рукой мокрый рот и, усмехнувшись, спросил:

– Разжалобил?

– Ну да, мы помирились.

– И как?

– Хорошо все, живем душа в душу.

– Друзья у него есть?

– Есть, в Волгограде.

– Может, они тоже с вами живут? Или подъезжали там, разговоры вели.

Василиса мотнула головой. Не было ничего такого, и зря Сергея подозревают в чем-то крамольном. Прахов махнул рукой на дверь, мол, все, разговор окончен, она может идти работать. Но Василиса не сдвинулась с места.

– А как же Сергей?

– Ну, если ты за него ручаешься… – пожал плечами владелец клуба.

– Ручаюсь!

– Хорошо, пусть работает… И ты давай к станку, люди ждут.

Он снова показал на дверь, и на этот раз Василису как ветром сдуло.

Ничего криминального за Сергеем нет и быть не может, и подозрения у босса он вызвал только из-за своей неуемной фантазии. И надо было ему героем войны прикинуться, как будто только этим он мог ее покорить. Глупый он. Взрослый, здоровый как бык, а ведет себя как маленький, но Василисе никто другой и не нужен…

Солнечные лучи продирались через просвет в шторах, просачивались сквозь ткань, забирались под одеяло, щекотали глаза.

Василиса не выдержала, выскользнула из-под одеяла, села, сунула ноги в мягкие пушистые тапочки, поднялась, только тогда глянула на часы. Половина двенадцатого, полдень уже на носу, но еще есть возможность поспать часик. Но как быть, если сна ни в одном глазу?

Она потянулась к стулу, вдвинутому под столешницу трюмо, взяла со спинки халат.

– Что, уже встаем? – сонно промычал Сергей.

– Да нет, спи еще, я сама скажу, когда надо, – произнесла она, отключая будильник.

– Не надо говорить. – Он перевернулся на другой бок, подминая под себя свою часть одеяла. – Не пойду я никуда!

– Почему?

– Да на фиг оно мне надо! Смотрят на меня, как на прокаженного!

– Кто смотрит?

– И пальцем в спину тычут. Ну да, приколоться хотел, медали у отца взял… А ты взяла да про Чечню брякнула.

– Я, значит, виновата! – возмущенно округлила глаза Василиса.

– Ну, не ты… Я накосячил, не вопрос… Короче, никуда я не пойду! В Москву завтра поеду, там что-нибудь найду…

– Да, наверное, ты прав, – немного подумав, согласилась она.

Возможно, Прахов нарочно создавал вокруг Сергея невыносимую обстановку, посмотреть хотел, как он отреагирует. Если он в таких условиях будет цепляться за свою работу руками и ногами, значит, с ним на самом деле что-то нечисто. А если уйдет – скатертью дорога.