Корысть на пьедестале

Должна была знать…

Кузьмин озадаченно провел рукой по лбу, пальцами зачесывая волосы назад. Как это ни странно, но в чем-то Прахов был прав. Он же сам сказал Василисе, кто такой Кириков, она могла бы сообщить своему шефу, но промолчала, и в итоге тот попал на деньги…

– Два с половиной миллиона, говоришь?

Примерно столько стоила хорошая машина, которую он мог бы подарить Василисе, так почему не осчастливить ее выкупленным долгом? Почему не поставить ее в зависимость от самого себя?

Джип выехал на широкополосное шоссе, практически не снижая скорости, но машину не занесло, лишь Василису слегка прижало к двери.

– И куда мы едем? – глянув на указатель, спросила она.

– В Москву.

– А разве в Задорске нет нотариальной конторы?

– Я не собираюсь покупать твой дом, – улыбнулся он.

– Но мы же договорились! – возмутилась она.

Кузьмин подъехал к ней сегодня утром, она покорно села к нему в машину, их путь лежал к нотариусу, который должен был составить договор, но вдруг все изменилось.

– Дом остается за тобой… Нет, если ты очень хочешь, я готов его купить, цены еще долго будут расти, я не прогадаю…

– Что значит, хочешь или нет? Мне деньги нужны!

– Ты их получишь. Ровно столько, чтобы расплатиться с Праховым. Я их тебе дам… Но не за дом… Я хочу купить у тебя Кирикова…

– Сергея?! – недоуменно вскинула брови Василиса.

– Я понимаю, любовь не продается, – усмехнулся Кузьмин. – Но поверь, твой Сергей сейчас такой завалящий товар, что два с половиной миллиона за него – сумасшедшие деньги.

– Ты сам сумасшедший!

– Нет, это деньги сумасшедшие. Те самые деньги, за которые Кириков тебя продал. Он тебя продал, ты это понимаешь?

Василиса кивнула. Да, Сергей действительно продал ее – Прахову. А если бы у нее не было дорогой земли, чем бы она расплачивалась? Круглые сутки бы в клубе работала, без выходных, первую половину ночи – официанткой, вторую – проституткой, так, что ли?

Все правильно, любовь к Сергею – завалящий товар, тем более она уже научилась обходиться без него.

Но все равно, продавать любовь – это чересчур, к тому же смешно и нелепо. Но Кузьмину не до смеха, ведь он покупает не любовь, а саму Василису, и нужно быть полной дурой, чтобы этого не понимать.

– Ну что, согласна?

Кузьмин должен был следить за дорогой, а он смотрел на нее, и машину повело вправо.