Мы одной крови

Ох и матч был, я тебе скажу...

Оказывается, и Валера не смог приобщиться к высокому искусству. Но по его цветущей физиономии никак не скажешь, что он много от этого потерял...

– Мне бы про другой матч узнать. Как чечены с Альбертом Медяковым сыграли...

– Медяков?! – задумался Валера. – Что-то знакомое...

– Банк «Эдем», – подсказал Тимур.

– Нет, про такой банк не слышал. А Медяков... А он что, этим банком заправляет?

– Да, это его банк.

– Нет, про Медякова что-то слышал. А про банк нет... Медяков, Медяков.

Альберт, говоришь... Он, кажется, компьютеры толкал. Мог подняться. И банк поставить... Пересекался я с этим Медяковым. Толковый пацан, я тебе скажу... Только он это или не он... Слушай, а об чем вообще базар? Ты что-то там про чеченов говорил. Они что, на Медякова наехали? А мы здесь при чем?

– В том-то и дело, что ни при чем... Только если бы речь чисто о наезде шла. А тут, похоже, другой размаз. Медяков с чеченами какое-то дело замутил. Может, кидалово какое...

– Да сейчас кидалово на каждом шагу.

Не нагребешь – не проживешь...

– Похоже, на кону не слабые бабки. Пятьдесят «лимонов».

– В гринах? – оживился Валера.

– А хрен его знает, может, и в гринах...

– Не кисло... А что ты от меня хочешь? Чтобы я ситуацию пробил?

– Ну да. Если можно, узнай, что к чему. Может, нам какая-то фишка выгорит...

Это, конечно, хорошо, что Полина решила помочь мужу своей подруги. Хорошо, когда у жены благородная душа. Но Тимур в самом деле не бюро добрых услуг. Если будет возможность, он, так уж и быть, поможет банкиру.

А если не будет, он не виноват... Тимур – пират по жизни. И прежде всего он думает о собственном сундуке с золотыми пиастрами.

Глава четвертая

– Здравствуйте, Альберт Григорьевич!

Улыбка Альбины-Вероники слепила как огонь электросварки. Хотелось закрыть глаза и бежать от нее, бежать... Она по-прежнему числилась его секретаршей, заседала в его приемной. И самое обидное, он не мог ее уволить. Не имел права. Казбек оставил ее при нем в качестве соглядатая.

И даже велел поднять ей оклад в три раза...

– Вам чай, кофе? – прощебетала Альбина-Вероника.

Голосок у нее птичий, а взгляд змеиный.

– Лучше виски. Двойной бурбон...

– Виски нельзя, – покачала головой секретарша.

Это наглость с ее стороны – указывать ему, что можно делать, а чего нельзя. Но, увы, она имела на это право. Казбек уполномочил ее... Через час Альберт должен был ехать в Центробанк за очередной порцией денег.