Одиночество волка

Марина резко поднялась и рванула прочь с кухни. Но Пантелей схватил ее за руку, потянул на себя, усадил на колени и запустил руку под халат.

– Шуток не понимаешь?

– Твои шутки дурно пахнут!

– Поэтому ты от меня и сбежала?

– Я с тобой как на пороховой бочке.

– Я всю жизнь так живу. И ничего.

– Ты по-другому не можешь.

– Мне нравится риск. Я без этого жить не могу.

– Вот и жил бы с ним, а меня оставил бы в покое.

– А кто найдет твое золото? – спросил он.

– А кто его найдет? – оживилась Марина.

– Думаешь, не смогу?

– Не знаю.

– Не буду говорить «гоп», пока не перепрыгну. Но я сделаю все, что можно. Так что, за любовь? – Пантелей потянулся к бутылке, наполнил рюмки.

На этот раз Марина чокнулась с ним.

Когда горит дом, его нужно тушить. Если на воре горит шапка, нужно прятаться. Леня Вахмистров так и сделал. Круча нашел его у матери. Для этого пришлось ехать в Балашиху на ночь глядя, но Степану не привыкать к таким визитам.

Мать Вахмистрова жила в хрущевке, на первом этаже.

Окна закрывали решетки. Степан не поленился заглянуть на кухню. Подпрыгнул, зацепился за решетку, подтянулся.

Леня сидел за столом, обхватив голову, и о чем-то сокрушенно думал. В пальцах дымилась сигарета. Он давно не стряхивал с нее пепел.

Дверь Степану открыла маленькая полная женщина, чем-то напоминающая колобка. Глаза у нее сказочные, ждущие чуда.

– Старший лейтенант Круча, детская комната милиции,?– тихо сказал он, раскрывая удостоверение.

– Детская комната милиции? – Женщина недоуменно повела бровью.

– Жалоба поступила на Леню Вахмистрова.?– Степан вынул из кармана блокнот, открыл его на середине, сделал вид, что заглянул в записи.?– Да, так его и зовут. Леня Вахмистров, шестой «Б» класс.

– Какой шестой «Б» класс? Когда жалоба поступила?

– Сегодня. А он в каком классе?

– Он уже давно работает! Тридцать два года парню! – Женщина не удержалась, хлопнула в ладоши.

– Быть такого не может! А можно на него глянуть?

– Леня!

Степан не стал ждать, когда Вахмистров выйдет к нему.

Он шагнул на женщину, она попятилась, пропуская его. Опер увидел мужчину с простецким лицом.

– Леня, тут из детской комнаты милиции…?– начала было женщина, но глянула на сына и замолчала.

Леня и так был мрачнее тучи, а сейчас он еще и разозлился. Даже нижняя челюсть мелко задрожала.

– Детская комната – детский срок,?– с улыбкой сказал Степан.?– Два-три года, не больше.

– Какой срок? – Вахмистров попятился назад.