Одиночество волка

Не смогла Карасева начать новую жизнь, тяга к авантюрам дала о себе знать. Сорвалась Люба. Что ж, Степан готов был предоставить ей возможность исправиться и перевоспитаться. Колонии для того и существуют.

– Где она сейчас?

– Не знаю.

– Вы ведь не расстались?

– Нет. Она сказала, что сама меня найдет.

– Уже ищет. В постели с Мишей,?– заявил Степан и усмехнулся.

– Не надо! – Вахмистров нервно дернулся.

– Ищет, находит, сравнивает. У кого лучше.

– Замолчи!

– Уже сравнила. Лежит сейчас с Мишей в постели и смеется над тобой.

Развели лоха на потроха.

– Я сказал, не надо! – Леня заскрипел зубами.

– Ты срок мотать будешь, а она с Мишей в Крыму загорать. Знаешь, почему в Крыму? Это сейчас заграница. Может, они уже там?

– Здесь они,?– выдавил из себя Вахмистров.

– Где конкретно?

– Не знаю.

– Знаешь.

Степан не смотрел собеседнику в глаза, его занимала дорога. Но ложь он чуял нутром и знал, что Леня не сможет долго скрывать правду.

Сафрон ничего не понимал.

Он сидел на межэтажной площадке, на полу, голова гудела, потрескивала, перед глазами плыло. Под потолком с тугим гулом крутилась большая муха, но существовала ли она на самом деле или же это была галлюцинация?

Его ударили и сбросили с лестницы, как какое-то ничтожество. Он потерял сознание и не знал, сколько времени здесь провалялся. Кстати, где пистолет?

Сафрон встрепенулся, сунул руку под куртку, нащупал рукоять «Беретты». Ствол на месте. Почему мент его не отобрал? Шмон для ментов – первое дело, это у них в инструкциях прописано.

Нашел, изъял, привлек!..

В кармане у Сафрона лежало заявление о том, что он случайно нашел пистолет и собирается при первом же удобном случае занести его в милицию. Грамотный адвокат мог обратить эту филькину грамоту в железобетонную индульгенцию. Но мент мог отобрать ее, а затем в присутствии понятых изъять ствол.

Но заявление в кармане, ствол за поясом. А Сафрон на полу, прямо как бродяга бездомный. Осталось еще только сходить под себя для полного счастья.

Он попробовал подняться, но голова закружилась, и его чуть не стошнило. Похоже было на то, что мент отбил ему мозги. Или это не мент?

Сафрон превозмог себя, все-таки поднялся, передернул затвор «Беретты» и шагнул по лестнице вверх. Он должен был наказать своего обидчика.

Но на полпути он остановился. Ствол у него, конечно, есть, но вдруг и его враг вооружен? Ясно, что этот тип церемониться не станет. Шмальнет в лоб, и все дела.