Нет жалости во мне

Он вспомнил, как хвастался перед Сашкой своей принадлежностью к черняховской братве, но так и не смог тогда в полной мере доказать свою крутость, потому что не было у него черного пистолета. Она поверила ему на слово, но тем не менее, когда у него появился ствол, ему захотелось порисоваться перед Сашкой, а заодно пугнуть ненавистного толстяка, предупредить его, чтобы готовился к смерти.

Но толстяка он увидел еще на подходе к Сашкиному дому. Парень шел как в воду опущенный. Сам бес дернул Игоря последовать за ним, а когда представился удобный момент, вложил в руку пистолет… Увы, но это выходило ему сейчас боком, и каким! Бригадир Дымыч устроил над ним форменную расправу.

Затащил на задний двор подконтрольного ему ресторана и пустил в замес.

– Виноват, больше не буду, – поднимаясь с асфальта, угрюмо проговорил Игорь.

– Рыдать команды не было! – злобно зыркнул на него бригадир.

И ногой, с оттяжкой ударил его в грудь. Игорь упал на спину, больно стукнувшись затылком о бордюр. На какое-то время он потерял сознание, а когда очнулся, увидел перед собой самых крутых черняховских авторитетов – Вячика и Мироныча.

Один борец – деформированные уши, покатые плечи, косолапая походка. Другой боксер – надбровья в шрамах, глубоко утопающие глазки, приплюснутый нос, резкие, порывистые движения.

– Этот, что ли, накосячил? – спросил Вячик, пренебрежительным кивком показав на Игоря.

– Да вообще идиот, – кивнул Дымыч. – Называется, дали бабе хрен резиновый, от мух, ля, отмахиваться…

– Лучше бы он этот хрен в себя вмахнул, – скривился Мироныч.

 – Менты его уже ищут, а нам и без него проблем хватает…

– Так сдадим его ментам, пусть подавятся.

– Ага, сначала его закроют, потом тебя, – ух-мыльнулся Мироныч.

– Э-э, меня-то за что? – вытянулся в лице недалекий Дымыч.

– А откуда у него, спросят, ствол? Кто тебе, пацан, «тэтэху» дал, а? Дымыч, скажет, подогнал… На тебя он покажет, понял. А ты говорил, ментам его сдать…

– Я покажу?! Да ни в жизнь! – запаниковал Игорь.

Он понимал, что выбор у старших небольшой.

Или ментам его на расправу отдать, или все концы в воду, или, вернее, труп в землю… А убить его могли прямо сейчас. За спинами авторитетов мрачным своим видом нагнетали тоску физиономии головорезов. Одно только слово, и они без лишних слов накрутят на ствол глушитель, приведут приговор в исполнение.

– Я никому ни гугу!

Уж лучше в тюрьму, думал он, чем в землю.

– Ты в этом уверен? – Мироныч пристально посмотрел на Игоря.