Нет жалости во мне

Если наглухо, тогда живи и радуйся, если нет, на второй круг пойдешь… то есть на третий… А пока на слово тебе поверим…

Дымыч вышел из ресторанного кабинета, где принимал Игоря, вернулся минут через пять, метнул на стол несколько пятидесятидолларовых купюр – как будто на карточный кон их ставил.

– Только не думай, что это гонорар. Ты терпилу за свой косяк уработал. А это чисто стресс снять… Адресок я дам, банька там конкретная, поляну с пацанами накроете – из кабака жратву возьмете. Ну а девочек вам подвезут, я распоряжусь…

Вскоре после этого разговора Серый восторженными воплями оглашал помещения сауны, расположенной на территории крупной торговой базы.

Банька действительно была построена и оборудована с размахом – ясно, что для высокопоставленных гостей из обкомов, райкомов, прокуратуры, ОБХСС. Сейчас же она чуть ли не целиком была отдана на откуп черняховской братве. Одно только это показывало, кто в Петрополе хозяин…

Серый занялся сауной – растопил каменку, чтобы нагнать жар в парилку.

Игорь накрыл стол в трапезной – балычок, икорка, окорока, фрукты, овощи. Шампанское, коньяк, водка…

– Девчонки любят марафет, но жить не могут без конфет, – пропел Костяка, глядя, как он выкладывает на стол коробку «Птичьего молока».

Сам он сидел с видом короля на именинах. Вернее, пытался держаться по-барски развязно. Но, похоже, он чувствовал, что нет у него больше власти ни над Игорем, ни над Серым, и это делало его старания тщетными, а манеры скованными.

– Я знаю, что такое марафет, – с плохо скрытой насмешкой сказал Игорь. – У одних это наркота, у других – порядок… Надо нам здесь навести марафет, а то полы грязные… Девочки же любят марафет?

– Не царское это дело, – опустив глаза, но с претензией на свою исключительность произнес Костяка.

– Ну-ну.

Игорь не стал его подгонять. Накрыл стол, отправился к бассейну, возле которого уже хозяйничал Серый. Впечатляющая площадь – метров тридцать как минимум, вода чистая, комнатной температуры.

– Угодил, Дымыч, базара нет, – широко улыбнулся Серый.

– Если нас поднимут, нам такая лафа как с добрым утром будет.

– А поднимут?

– А это уже от нас зависит. Один шаг мы уже сделали… Еще пару-тройку козлов завалим, и нам цены не будет… Ну, я так думаю… Пошли водки выпьем, а то что-то на душе тошно…

Игорю не казалось зазорным исполнять убийственные приказы своих боссов. Тем более что ему хотелось признания и возвышения.